– Ты самая упрямая женщина из всех, кого я знаю! – взорвался он. – Ты приехала из-за долгов? Тебе угрожают? К этому причастен твой отец?

Он затаил дыхание – последние слова случайно сорвались с языка, но это предположение произвело на нее не большее впечатление, чем все остальные.

– Я просто хочу найти любовника, Джастин. – Ее улыбка взбесила его. – Только и всего.

Она и ахнуть не успела, как он уже метнулся к ней через весь экипаж и пригвоздил ее к стене: сжал ее запястья и поднял над головой, чтобы она не смогла его оттолкнуть. Джастин навалился на нее всем телом.

Как же сладко ощущать грудью мягкие изгибы ее тела!..

– Представим на мгновение, что я тебе поверил, – прошептал он, касаясь носом ее уха. Боже, от нее пахло удивительно, дурманящее – лавандой и ванилью. Он никогда не касался другой женщины, которая носила бы этот аромат. – Ты выбираешь очень опасных людей в качестве потенциальных любовников. Но если ты хочешь опасности, я буду счастлив услужить тебе, дорогая.

И он прижался губами к ее губам. Он не знал другого способа сблизиться с ней, обойти ее ложь, свои собственные чувства, прошлое, которое стеной стояло между ними, и, как всегда, Виктория позволила ему сделать это, уступила в тот же миг, когда их губы соприкоснулись.

Ее тело выгнулось, и она сдалась. Это ее сладостное отчаяние совершенно лишало его самообладания, он сходил с ума.

Джастин отпустил ее запястья, его руки скользнули по ее гладким плечам, наслаждаясь каждым дюймом атласной кожи. Он зарылся пальцами в волосы Виктории и запрокинул ей голову, чтобы удобнее было целоваться. Он с радостью брал то, что она давала ему, и требовал еще больше.

Виктория застонала и обвила его шею руками, притянула Джастина еще ближе. Ее бедра вздрагивали, груди терлись о его грудь, затянутую в сюртук, а обжигающие поцелуи перемежались прерывистыми вздохами.

– Скажи мне правду, Виктория, – пробормотал он, принимаясь за крохотные пуговицы на спине ее платья.

Она покачала головой. Ее руки уже скользнули ему под сюртук и неумело теребили застежки жилета.

Он потянул ее платье вниз. Под ним обнаружилась совсем тоненькая сорочка, сквозь которую просвечивали розовые вершинки грудей и нежный округлый живот.

Джастин наклонил голову и прямо сквозь ткань взял в рот напрягшийся сосок.

Виктория запрокинула голову. Ее руки сжались в кулаки, из груди вырвался вздох наслаждения. Он пылко целовал ее грудь, и сорочка стала совсем прозрачной."

"– Скажи, – вновь потребовал он, прежде чем проделать то же самое с другим соском.

– Пошел к черту!.. – простонала Виктория, но не оттолкнула его. Вместо этого она одной рукой взяла его за голову, удерживая на месте, и подалась навстречу.