Он знал, что произойдет дальше, и не особенно этому радовался.

– Ее зовут Виктория Толбот. Эта леди – моя жена!

На краткий миг в комнате воцарилось молчание.

Джастин слышал, как тихонько потрескивают дрова в камине, как тикают дедушкины часы у двери… Но Калеб и Шоу, заговорив разом, разорвали благословенную тишину.

– Ты что, издеваешься? – Шоу качал головой. – Это невозможно.

– Виктория же в деревне! Занимается… ну, чем-то там занимается! – воскликнул Калеб.

– Управляет твоим имением, – пришел ему на помощь Шоу. – Чего я, кстати, никогда не понимал – как ты ей доверил такое дело? Но сейчас это не важно.

Ты точно уверен, что это твоя жена?

Джастин стиснул хрустальный бокал мертвой хваткой.

– Абсолютно. Потому мы и задержались вчера на террасе. Возникла перепалка.

– А почему ты нам сразу не сказал? – На лице Шоу все еще читалось изумление.

Джастин пожал плечами:

– Мне не очень приятно это признавать. К тому же я боялся, что нас могут услышать.

Калебу становилось все интереснее и интереснее. Он наклонился вперед:

– А что сказала тебе Виктория?

Джастин проворчал, качая головой:

– Сказала, что если я раскрою ее настоящее имя, это плохо отразится на моей репутации.

Что я, мол, недостаточно… талантлив, чтобы удержать ее подле себя, и поэтому она в открытую ищет любовника.

Калеб и Шоу снова погрузились в молчание. Потом Калеб запрокинул голову и разразился громким смехом, чем шокировал брата.

– Ничего смешного в этом нет! – воскликнул Джастин и с неприятным стуком поставил стакан на стол.

– О нет, есть, и еще как! – Калеб захлебывался смехом. – Проще говоря, она схватила тебя за яйца. Если честно, если бы я знал, что она за вулкан, я бы давно убедил тебя привезти ее в Лондон! Почему ты мне не рассказывал?

Ноздри Джастина дрожали, щеки горели.

"

"– Черт подери, Калеб! Я знал Викторию совсем другой! Та девочка ни за что бы не приехала в Лондон куртизанкой, чтобы у меня под носом искать любовника и шантажом заставить смириться с этим!

– Может, тебе стоило вернуться домой пораньше? – широко улыбаясь, заметил Калеб. – Похоже, твоя невеста-девственница превратилась в интересную штучку за время твоего отсутствия.

Джастин нахмурился.

Это правда. Воспоминания о жене никак не вязались с образами прошлой ночи. Три года назад Виктория была робкой и скромной. В некоторые моменты их брачной ночи Джастину казалось, что она всерьез боится его. Разумеется, он не мог сказать точно, притворяется она или нет. С таким отцом, как у нее, он не верил в ее невинность, пока сам ее этой невинности не лишил, и только в одном касательно той давней ночи он был уверен наверняка. Страсть. Он испытывал к ней настоящую страсть, сводящее с ума желание обладать.