Но я же говорила – дети у нас рождаются очень редко. Поэтому матери всегда разные.

– А отцы?

– Отцы бессмертные. Матери – нет. Они – люди. Мы рождаемся только так. Я не знаю, почему.

– Но у вас же есть бессмертные женщины?

– Они бесплодны.

– Но почему?

– Не знаю. Выверт природы.

– И?.. – у меня не хватило духа задать вопрос, но Вэнди меня поняла.

– И я тоже."

"– А я? – до этого момента я не задумывалась о детях, наверное, потому что, чтобы зачать ребёнка, нужно с кем-то сблизиться, а это для меня было опасно. Да и для моего потенциального партнёра – тоже, правда, уже по другой причине. Я считала, что у меня не будет детей просто потому, что я не найду для них отца. Это печально, но это не приговор. Но знать, что я сама не смогу их иметь, безотносительно возможности найти подходящего партнёра – это было… ну, это несколько шокировало. Выбивало из колеи.

– А ты – не знаю. При всём сходстве – отличия между нами всё же есть, и достаточно заметные. Я с уверенностью могу сказать только про наш вид. Так что, насчёт тебя – пока неизвестно ничего. Возможно, ты детей иметь сможешь.

– Да нет, навряд ли… Ты про женский цикл слышала?

– Рэнди, мне пятнадцать! Конечно, слышала.

– Ну так вот, у меня его нет. Раньше был. Но после того, как я стала… такой… всё пропало. Так что, скорее всего, я – такая же, как и ваши женщины.

– Ну… Возможно… Наверное, это такая плата за бессмертие. Что-то получаешь, что-то теряешь. Я всегда это знала, а для тебя это – новость, и не самая приятная. Но ты привыкнешь, поверь.

– Привыкну, куда же деваться? Выбора-то, как я понимаю, у меня нет.

Ещё какое-то время мы ехали молча. Я начала подумывать о том, чтобы где-нибудь притормозить и немного перекусить припасёнными гамбургерами, пусть даже и холодными. Но тут заметила впереди затор и сбавила скорость.

– Что там такое? – Вэнди тоже разглядела странное на такой, далеко не оживлённой трассе, скопление машин. Приглядевшись, я поняла, в чём дело.

– Полиция машины проверяет. Похоже, ищут похищенную девочку.

– Что будем делать? Может, мне всё же спрятаться?

– Не глупи. Зря, что ли я тебя в мальчика превращала целый час. Прорвёмся!

– И что мне теперь делать?

– Капризничай. И чем противнее, тем лучше.

– Есть, сэр! Будет исполнено!

Наш смех слегка разрядил обстановку. Перед нами оставалось всего две машины. Я кивнула Вэнди: «Начинай!» Окна моего фургончика были открыты, и нас должны были прекрасно слышать.

– Хочу мороженое! – заныла она противным голосом.

– Тебе нельзя! – строго ответила я.

– А я хочу! Хочу, хочу, хочу! – и она забарабанила пятками по бардачку.

– Джереми, прекрати немедленно! – рявкнула я ещё строже. – Никакого мороженого, пока доктор не разрешит.