– Кто бы мог подумать, что наш с Леней дом станет местом преступления? Я не знаю, как теперь здесь жить. Ведь этот негодяй может в любой момент вернуться. И вообще, я не понимаю, как они оказались здесь. Я имею в виду Горелова и вашего мужа.

– Вадим пошел к вам поговорить с Леонидом. Вы с ним не встретились? – спросила Лена.

– Нет, нас же не было дома, – с легким возмущением ответила Кисловская. – Мы же вернулись на ваших глазах.

– Да, но я не знаю, когда вы покинули дом, – резонно заметила Лена. – Вас могло не быть два часа или пятнадцать минут.

– Мы уехали больше двух часов назад. Леня вернулся от Киреевой весь взвинченный. Он очень огорчился. И из-за того, что Татьяна отдала серебряную посуду на экспертизу не ему, и из-за того, что ему показалось, что ваш муж считает его причастным к преступлениям.

– А он, разумеется, непричастен? – Лена усмехнулась.

– Разумеется, нет. Мой муж – честнейший человек. Он не может быть… убийцей.

Голос ее дрогнул.

– Почему вашему мужу так важно получить все эти сервизы и столовое серебро себе? – спросила Лена. – Он знал о наследстве Токменевых? Слышал об этом раньше?

– Что? Нет. Никогда. Это действительно просто совпадение, что Леня услышал о том, что дом по соседству выставлен на продажу. Он знал, что Киреевы ищут загородную недвижимость, и просто решил помочь. По-дружески. В этом не было никакого дурного замысла. А экспертиза… Елена, я слышала, вы искусствовед.

– Да, специализируюсь на русской живописи и иконографии, – кивнула Лена. – Возглавляю областную картинную галерею.

– Тогда вы должны понимать, что такое зуд ученого. Азарт, с которым невозможно справиться, когда он охватывает тебя. Целая коллекция изделий домов Сазикова, Овчинникова, Хлебникова, Грачевых и даже Фаберже. Это же чудо само по себе! Не говоря уже о том, как после проведения подобной работы возрастает рыночная ценность эксперта. Мы дружили с Киреевыми, но Татьяна сочла возможным отдать эти бесценные экземпляры в руки Софронова. Главного Лёниного конкурента. Разумеется, он взбесился."

"Экспертиза. Имя эксперта. Специализация. Эдик Киреев никогда не специализировался на антикварной посуде, в отличие от Леонида Кисловского. Однако, несмотря на приятельские отношения, деловым качествам последнего Эдик не доверял, предпочитая некоего Олега Софронова.

Точно. Вот оно! Та мысль, что уже длительное время не давала Елене Золотаревой покоя. На юбилейном праздничном вечере Эдик разговаривал с актрисой Асей Гречиной, попросившей его дать экспертную оценку сервизу, который она намеревалась купить для своего загородного дома. Но Эдик не специализировался на посуде.

Скорее всего, он порекомендовал Гречиной обратиться именно к Софронову.