— Так золотишко вы хотите в другое дело впихнуть, — Травин невозмутимо смотрел перед собой. — На грабителей банка повесить. Уже и Гирин согласился. Я, Павел Евсеич, дело, которое ты мне подложил, изучил, и не только его.

— Как ты?.. — следователь аж закашлялся. — Умудрился-то как? В кабинет пробрался? Взлом уездного суда? Это, Травин, статья еще похлеще будет, дело политическое, ты из тюрьмы выйдешь лет через двадцать, и то в лучшем случае. Сначала склад, потом банк, теперь вот это, стоило в нашем городе появиться, и заляпался ты по самые уши.

Сергей вздохнул.

— Ты ведь сам не веришь, Мальцев, что я в этом замешан. Потому и на откровенность вызывал, и сейчас вон маринуешь, вместо того чтобы обвинение предъявить. А я помочь могу.

— Это как же? — усмехнулся следователь. — Преступников найдешь?

— А если и так.

— Сладко поешь, — следователь бросил карандаш на стол. — Замочил ты мокрушника, честь и хвала, ладно, признаю, и по делу только свидетелем до сих пор проходишь, но, хоть доказательств пока нет, думаю, что это подельник твой был, вот и пытаешься сейчас выкрутиться, мозги мне заморочить. И с Пасечниковым тоже сговорился. Нет у меня к тебе доверия, гражданин Травин. Ни к тебе, ни к твоим словам. Все вы одинаковые, как прижмет вас советское следствие, изворачиваться начинаете, придумываете все подряд, только чтобы ответственности избежать. Но пролетарский суд разберется, кто преступник, а значит, место твое на киче.

— Я докладную с утра завез в коммунхозотдел, — как ни в чем не бывало сказал Сергей. — Как раз до того, как меня милиция повязала.

— Какую еще докладную?

— Имущество у Ферапонтовой обнаружилось. Огородик в пригороде, с сараем, выданный городом в пользование. В связи со смертью пользователя подлежит возврату. Мне вот интересно, сейчас эта бумага в подотделе землеустроительства лежит, завтра они примут решение и будут составлять предписание, чтобы опись сделать. Дело это небыстрое, но дня через четыре, хотя, может, и через недельку, а то и месяц, кто-то из инспекторов поедет проверять, что и как.

Мальцев задумался, покатал карандаш по столу.

— И что ты там нашел? Не просто так сказал ведь?"

"— Бумажки интересные, — Сергей хмыкнул. — Эта кассирша документики вынесла, так по ним видно, что директор банка кредиты выдавал частникам, у которых склады обнесли. Нэпманы эти долг этот пока не вернули, и кажется мне, не собирались вовсе. А еще — что перед смертью Абрикосов двадцать тысяч из банка забрал.

— Интересно, — Мальцев даже чуть привстал со стула, наклонился к Травину. — И где теперь эти бумажки?

— Там же, на месте лежат. Только ты, Пал Евсеич, обыск там устраивать не торопись, тайком забери.