— Как ты? — тихо спросила она.

Никифор попытался сказать, но только захрипел.

— Лежи, лежи, Никиша, я тебе помогу. Голова болит? Ну так ничего, пройдет, а потом уж придумаем, что делать. Вытащим тебя отсюда, не беспокойся. Сейчас укол сделаю, тебе полегчает, уснешь, а когда проснешься, горло подлечим.

Женщина достала с лотка шприц, выпустила вверх тонкую струйку, ввела иглу Никифору в вену на руке. Тот поморщился, было не больно, но неприятно.

— Все будет хорошо, — пообещала женщина, надавливая на поршень.

Из цилиндра в кровь потекла прозрачная жидкость.

Растворилась, дошла до сердца, заставляя его камеры биться вразнобой и сжиматься. Никифора затрясло, он выгнулся, пытаясь освободиться и теряя сознание, тело сотрясалось, дергалось из стороны в стороны, но наручники не дали ему упасть с кровати. Он хрипел, стараясь привлечь внимание тех, кто снаружи, а женщина стояла чуть поодаль и грустно улыбалась. Меньше чем через минуту Никифор обмяк, сердце остановилось, не выдержав такого насилия над собой, мозг перестал получать кислород и тоже отключился. Женщина подождала, проверила дыхание и пульс, убедилась, что на кровати лежит труп, и вышла, аккуратно затворив за собой дверь. Спящий снаружи на скамеечке милиционер всхрапнул, дернул склоненной на грудь головой, но потом снова задышал ровно и спокойно.

Глава 13

Девятнадцатого сентября англичане разгромили французов в битве при Пуатье, математик и философ Блез Паскаль доказал существование атмосферного давления, женщины в Новой Зеландии получили право голоса на выборах, в СССР был основан журнал «Милиция», а в 1927 году по новому календарю, введенному в РСФСР декретом Совнаркома, наступил понедельник.

В это утро Сергей Травин проснулся не один и не в своей кровати. Рядом с ним лежала фельдшер Дарья Павловна Белова, положив голую ногу на его бедро.

Сергей осторожно пошевелился, стараясь не разбудить женщину, слез на пол, босыми ногами прошлепал в ванную, умылся и, подхватив свои вещи, уже собирался добежать до дома, там переодеться и начать новую рабочую неделю с чего-нибудь полезного, но не успел.

Попал под прицел серых глаз.

— На работу? — спросила Даша.

— Ну да.

— Если есть десять-пятнадцать минут, позавтракаем, и забросишь меня в больницу. Если хочешь.

Травин пожал плечами, кивнул, поесть он был не прочь — то, что они с соседкой буквально три часа назад вытворяли, расходовало энергию почище разгрузки вагонов. В списке, который каждый мужчина составляет для себя, события прошедшей ночи находились где-то в самом верху. По мнению Сергея, никак не ниже второй десятки.