Мэлвин смущённо опустил глаза в пол, потеребил рукав своего свитера и сказал:

—  Да, я специально старался, чтобы девушки, которые с Земли попадают в Драконий мир, чувствовали себя более комфортно.

—  От меня вам отдельное спасибо. Я уже могу обходиться без кулона. А как так получается?

Мэлвин решительно прошёл вслед за мной и увлёк меня к столу. Там лежали камешки, похожие на алмазы, только разноцветные.

—  Просто камень, который вставлен в кулон, настраивается на волны, которые при мозговой активности создают колебания вокруг человека. Заложенная программа в камне улавливает волны, преобразует их и отправляет обратно в головной мозг человека. В сознании человека открывается новый отдел, который складывает всю информацию о языке и, в итоге, всё, что прошло через кулон, там сохраняется, поэтому вы уже знаете наш язык."

"—  Это удивительно, —  я, конечно, вроде уловила общий смысл, но до конца не поняла, как это работает. Да ладно. Главное – работает. Я поинтересовалась: —   А для того, чтобы учить земные языки, ваш артефакт подходит?

—  Да. Я его первоначально для Микаэля делал, —  сказал Мэлвин, заботливо укладывая камешки в шкатулку с отделениями. Я взяла один из камней, повернула его на свет, чтобы лучше рассмотреть. При этом не сдержалась:

—  Вот до такого на Земле ещё никто не додумался.

—  Там такого камня не существует в природе. Но зато придумали много другого интересного. Я хотел бы изучить некоторые земные технологии. Но мой отец не пускает меня на Землю.

—  Не пускает? А почему?  —  Я удивилась. Мне Адемир про развитие науки в драконьем мире говорил совсем другое.

—  Мария, ваша мазь готова, —  сказал подошедший к нам Валентин, протягивая мне баночку.

Я её открыла, там была прозрачная гелевая субстанция. Понюхав, я обнаружила, что пахнет она приятно – мятой.

—  Благодарю, —  сказала я. Потом мне стало немного боязно, а вдруг меня отравят с помощью этой мази. Помнится, жену Ивана Грозного так ртутью и уморили.  —  А что входит в состав мази? —  поинтересовалась я.

—  Там выжимка из драконьего корня.

—  Драконьего корня? —  можете представить, что нарисовало моё воображение.

—  Это растение такое. Цветок похож на дракона. Так-то его называют драконник, а корень «драконий».

—  Если цветок похож на дракона, то на что похож корень?

Молодые люди замялись.

—  М-м, не будем об этом, —  промолвил Мэлвин. —  Мария, я слышал, что вы уговорили отца простить Микаэля.

—  Да почему уговорила, мне кажется, ваш отец уже сам хотел примириться с сыном. Тут нет моей заслуги. —  Теперь пришла моя очередь опустить глазки в пол и смущённо шаркнуть ножкой.

Тут пробка из колбы с обертуном выскочила, и над лабораторией опять поплыл приторно-сладкий запах. Валентин подскочил к колбе и быстренько запаковал её.