— Ну и козёл ты, Радич! — бросает сердито и, схватив свою шлюханскую ядовито-розовую кожаную куртку, сваливает из моей квартиры, громко хлопнув дверью.

Дура.

Облегчённо выдохнув, я набрасываю куртку, беру ключи и выхожу. Тачка, запущенная через автозапуск, приветственно урчит.

— Привет, крошка, — подмигиваю дисплею, который загорается привычным “Здравствуйте, Семён”.

“Бамблби” — вспоминается.

Вот коза. Не, я, конечно, в детстве пёрся по трансформерам, но за это сравнение Адамовна ещё выкусит.

А вообще… почему бы и нет? Училок я ещё на колени перед своим сёмычем не ставил. А Адамовна вполне себе достойна.

Красивая тёлка, хоть и преподша. Ноги длинные, задница так и просится под руку. Сиськи, правда, ненамного больше Ленкиных, но зато губы красивые. Не два вареника разляпанных по роже, как у многих девок, а аккуратные, пухлые.

Возле клуба меня встречает Марк. Мой лучший друг, с которым мы учились вместе ещё в Краснодаре, до того как я с предками переехал десять лет назад в Москву. Марика батя тогда развёлся с его мамкой и тоже в Москву укатил, и сына с собой забрал.

Мы были далеко не друзьями и бились в кровь всю началку и пятый класс. А в Москве оказались в одном классе тоже. И однажды местные нам решили объяснить, что не сильно жалуют южан, назвали нас кубаноидами, что нам сильно не понравилось. Вышел недолгий неравный бой, в котором мы с Марком оказались на одной стороне, яро защищая честь южного края.

И вот с тех пор мы и дружим. А с московскими, кстати, тоже быстро скорешились. Особенно с Булой и Феликсом Октавиным.

— Здорово, бро, — мы жмём руки с Марком и идём внутрь.

Сразу за гардеробной музло врывается в уши. Басы выжигают на мозгах свой ритм и хочется пульсировать в такт. Народу сегодня дохрена, но мы не паримся, что не найдётся свободных кабинок. За нами всегда есть одна — это все в курсе.

— Привет, пацаны, — Була, уже хорошо разогретый, разливает по стаканам бухло. — Опаздываете!

— Зато ты тут как тут, — ржёт Марк.

— А то! — крутит пальцем в воздухе Тоха. — Сегодня в медунивере был конкурс “Мисс короткий халатик”.

— Реально так и назывался? — поднимает брови Феликс, а мы с Марком разваливаемся на диванчике.

— Ну не, — отмахивается Була, — это я так. “Мисс универ чёто там две тыщи двадцать два”. Но не суть. Выиграла одна, а участвовало, по моей информации, двадцать. И всех этих грустных кисок надо теперь развеселить, сечёшь? И тусить они придут сюда — инсайд!

— Ну если инсайд, — ржёт Марк.

Вечер начинается славно. Настроение отличное. Бухло никто не считает, но, надо сказать, я не накидываюсь. Что-то не особо лезет.

Була трындит о тёлках бесконечно и начинает слюнями капать с балкончика, на котором расположен наш столик, на каждую входящую в клуб тёлку с лентой через плечо.