Глупая шаари!

– Такая?"

"Из-за спины Эви появилась рука, на которой ползала смешная улитка – иллюзия, сотворенная магией. Вместо рожек на голове улитки росли две русых косички. Эвелина не выдержала и прыснула.

– Ага, – шмыгнула она носом. – А ты тогда лягух!

На другой ладони возник толстенький красный лягушонок с черными рожками.

Эвелина вытерла мокрые глаза и рассмеялась. Ладони сомкнулись, заключив Эви в кольцо. Лягух перебрался к улиточке, важно раскланялся с ней и поцеловал в мордочку.

– Какие они смешные, – прошептала Эви.

Лягух и улиточка превратились в огненных бабочек, вспорхнули с ладони Дегара и закружились над головой Эвелины, роняя искры.

– Как красиво…

Дегар, помедлив, обнял Эви, а она откинулась на его грудь, зажмурилась. «Родной, любимый… Неужели снова придется расстаться с тобой?»

Эвелина вдохнула и резко повернулась. Темные глаза смотрели с такой пронзительной нежностью, что зашлось сердце. И не важно, что это тело Бальтазара. Ничего не важно…

– Это ты! – крикнула Эви. – Ты!

– Это я, вейрри…

Эвелина огрела его по плечу.

– Больше никогда не смей уходить и бросать меня, понял?

– Никогда!

Он перехватил ее руку и, смеясь, поцеловал ладонь.

Глава 37

Магистр Адриан Соль вот уже полчаса перекладывал с места на место папки с документами, морщился и тер лоб. Он сам пригласил Эвелину и Дегара в свой кабинет для разговора – после того, как в жизни дочери произошли серьезные изменения, отец снова занял должность артефактора, – но теперь молчал.

Эви терпеливо ждала. Да и куда торопиться – сейчас, когда рядом любимый мужчина, в руке кружка с травяным взваром, а на тарелочке сахарные печенья? За те несколько дней, что прошли с момента возвращения Дегара, к Эвелине вернулись аппетит, румянец и привычная живость. Дегару приходилось урезонивать вейрри во время прогулки: проснувшись следующим утром, Эви первым делом решила показать ему дворец.

– Ты просто обязан увидеть все-все! – твердила она. – Посмотреть, как я жила, пока не встретила тебя!

Эви схватила Дегара за руку и поволокла за собой в башню, винтовая лестница с бесконечными узкими ступенями ее не остановила. На середине подъема Эвелина покачнулась, но Дегар был начеку – подхватил, понес на руках.

– Тихо, арасаар, тихо. Ты теперь должна думать о нашей дочери…

«О нашей дочери…» Эви, счастливо вздохнув, прильнула к груди мужа. Как же она испугалась вчера в саду, когда у Дегара затвердел взгляд сразу после того, как губы коснулись ладони Эви.

«Он увидел!» – догадалась Эвелина. Как она могла забыть: Дегар получил сильнейший магический дар. Сразу понял, что Эви носит в себе новую жизнь. Что, если теперь дитя станет помехой?

– Это твой… твоя… – пролепетала она. – Я только один раз. С тобой!

– Моя дочь! – рыкнул Дегар.