Парень окончил с отличием технический институт и жил у тетки за шкафом. Ухаживать за Ниной он стал по велению сердца, а вовсе не из-за жилплощади. Молодые люди отходили положенное число раз в кино и театр, в кафе и на танцы, после чего настало время переходить к серьезным отношениям. Они стали задерживаться на работе, чему в конце концов воспротивился начальник отдела, потому что парочка в любовном угаре вечно забывала то свет выключить уходя, то комнату опечатать.

Нина решилась и привела любимого к себе домой, потом сама же со слезами рассказывала сотрудницам, что произошло.

Отец встретил потенциального жениха неплохо – парень понравился ему скромностью и несуетностью. За чаем разговор зашел о планах молодых на дальнейшую жизнь, и вот тут-то и выяснился вопрос с жилплощадью. Оскорбленный папаша обозвал парня приживалом, присовокупив в ярости к этому определению несколько непечатных слов. Парень был хоть и скромным, но не из робких, привык за себе постоять. Он ответил несостоявшемуся тестю в том же духе.

Драки все-таки не случилось, парень просто плюнул и ушел, громко хлопнув дверью.

От такого приема даже у Ромео могла бы пройти любовь, поэтому молодые люди не стали больше встречаться."

"Нина поплакала, потужила и через некоторое время познакомилась на вечеринке со следующим кандидатом. Снова начались встречи, бесконечные звонки по телефону и перешептывания с подругами. У этого претендента была жилплощадь, но жил он в двухкомнатной квартирке вместе с матерью и сестрой. Они приняли Нину ласково, так как сильно надеялись, что Геночка женится и уйдет жить к молодой жене.

Не тут-то было, будущий тесть не стал тратить время на чай и застольные беседы, а выспросил про жилищные условия еще в прихожей.

После чего посоветовал Геннадию топать до хаты и забыть дорогу в этот дом. Парень, надо сказать, не очень такому приему удивился, поскольку был предупрежден Ниной. В этот раз любовная страсть одержала верх, и Гена привел подругу к себе домой. В крошечной двухкомнатной квартирке с тонкими стенами и общим санузлом Нина попыталась построить свое счастье. Мама и сестра терпели неделю, после чего вежливо, но твердо сказали «нет». Нина вернулась домой побитой собакой. Отец был непреклонен.

Дальше так и пошло. Нине все время попадались, по выражению ее отца, «нищие голодранцы без своего угла». Пробовали снимать комнату – долго не выдержали, ведь Нина как-никак была балованной дочкой, привыкла к чистоте и комфорту в отдельной квартире, без соседей и со всеми удобствами. Понемногу Нина и сама зациклилась на мысли о квартире и всех вновь появившихся знакомых мужского пола спрашивала прежде всего о наличии оной.