И никогда больше он не вернется в свое голодное нищее детство. Никогда и ни за что. Ради этого он был готов на все.

Игрушки, правда, теперь стали другие. Женщины, которые ранее нос воротили от нищего паренька, сейчас сами к нему клеились. А богачи, которые в прошлом даже не взглянули бы в его сторону, хотели с ним сотрудничать и уважали его. Некоторые даже побаивались. Руслан достиг определенной высоты и останавливаться не собирался. На этот счет тоже не строил иллюзий. Хочешь быть богатым и успешным, надо пахать, крутиться, где-то выстоять, где-то прогнуться, чтобы урвать свой кусок, побольше и пожирней. И свой лакомый кусок Баринов ни за что не упустит.

Из раздумий Руслана вывел Денис, который, хихикая, ткнул его в бок, указав головой на очередную “претендентку”. Баринов посмотрел на сцену и увидел… барышню в старых потертых джинсах и дешевых босоножках. Футболка с блестками и логотипом известного бренда, купленная на китайском рынке, была ей не по размеру в области груди. Цветастый пошлый макияж абсолютно не соответствовал ни месту, ни типу лица девушки.

Сама девочка была маленького роста, едва ли доставала до плеч Руслана. Худенькая, бледная и зажатая. Шею от страха она почти вдавила в плечи, отчего выглядела еще более низенькой и жалкой. Огромные испуганные глаза на пол-лица, накрашенные дешевыми яркими тенями, застыли и глядели в упор на него. “А глаза у нее бездонные, янтарные”, ― отчего-то подумал Руслан. На ее голове была высокая конструкция из заплетенных в косу волос. Кокошник бы еще надела, и все ― готовая солистка народного ансамбля “Золотое кольцо” в его ночном клубе!

Руслан таращился на эту чудачку, пришедшую на кастинг, и поначалу хотел ее сразу выгнать, без прослушивания. Но что-то в ее облике его остановило. То ли от того, что другие девушки высокомерно прикалывались над ней и перешептывались, то ли… Хрен его знает. Да, она одета безвкусно и с чужого плеча, видно, подружка шмотки одолжила. Ну, нет у нее денег, и что? Ржать над ней зачем?

Дэн давился смехом, отворачиваясь, чтобы откровенно не загоготать в голос.

– Уймись, ― заткнул его Руслан и обратился к девушке. ― Имя, фамилия, возраст.

– Алиса Стрелецкая, 19 лет, ― произнесла она голосом то ли законченной отличницы, то ли послушной маминой дочкой.

– Ага, ― вздохнул Руслан. ― Учишься, работаешь?

– Учусь на втором курсе консерватории, ― явно смущаясь, произнесла девушка.

– Где? ― от удивления он подумал, что ему послышалось.

– В консерватории, на джазовом отделении, ― уточнила барышня. ― Я пою.

Какая, в жопу, консерватория? Куда эта дуреха выпендрилась? Гнать ее взашей надо. Немедленно.

– Я понял.