Мы расширять пробовали ассортимент, но у нас не вышло. С поставками проблемы возникли, мы много денег потеряли, а я кредит брал. Теперь не знаю, как возвращать. Ты не поможешь?

— Чем, Слава? Ты забыл, что я мать двоих детей и сейчас безработная? У меня нет огромных денег. Сколько ты, кстати, должен?

— Мне сто тысяч долларов нужно. Пятьсот я уже нашел. А вот сто штук никак не могу. Уже всё вытрясли что могли. Сонь, на тебя надежда.

— У меня нет таких денег, — пожимаю плечами.

Пусть считает меня сукой, да кем угодно, но я не собираюсь ему давать денег. Ни на что. Тем более после того, как он со мной обошелся.

Глава 33

— Соня, ты последняя надежда, — продолжает уговаривать Слава. — Последняя, малыш, — он даже за руку меня умудряется взять.

Наверное, в его понимании, это как-то должно было повлиять на мое решение.

— Я все верну, честно…

Руку я тут одергиваю сразу. Морщусь. Неприятны его прикосновения. Даже в его компании находиться мне не по себе. Веду плечами, чтобы избавиться от озноба, захватившего все тело.

— У меня нет таких денег, Слава. Ты забыл, кем я работаю? Моделькой, — говорю его же словами.

— Однако, злопамятная ты сука.

— А ты совсем не умеешь притворяться, Слав.

Я сглатываю. Еда больше не лезет в горло, и я отодвигаю свой заказ в центр стола. Слава мне неприятен, и я хочу поскорее избавиться от его присутствия.

— У тебя ведь кофейня есть кроме работы.

Я осекаюсь, смотрю на него во все глаза. О том, что у меня есть кофейня, не знает никто кроме сестры. По документам она, конечно, принадлежит мне, но я почему-то не думала, что Слава станет пробивать мое имущество перед встречей.

— Это прибыльный бизнес, тем более в Москве. Сколько ты с нее получаешь? Спорим, за пару месяцев ты вернешь то, что дашь мне и не заметишь. А можно ее продать. Тогда вообще все в плюсе останемся.

От его наглости я теряю дар речи.

— Ты одалживаешь у меня денег или требуешь дать их просто так?

— Одалживаю, конечно, — он тут же меняется в лице. Говорю же — не умеет он притворяться. — Я бы мог найти покупателя для твоей кофейни, у меня даже вроде бы знакомый есть, который заинтересовался.

— Вроде бы? А ты подготовился. Даже на бизнес мой успел найти покупателя, хотя я согласия на продажу не давала.

Я встаю, собравшись уходить. Разговаривать нам больше не о чем. Я не собираюсь продавать свою кофейню и давать ему денег. Он ошибся, если подумал, что после случившегося я с энтузиазмом продам то, что мне дорого.

— Всего доброго, Слав.

— Стой, — он хватает меня за руку, вынуждает сесть на свое место и говорит больше не улыбаясь. — Мне угрожают! Говорят, что убьют, если я долг не отдам. А мне нечем, слышишь, мать твою, нечем? Мы же не чужие люди, Соня.