В такт ей пульсирует моё тело. Его наглые руки везде. Они забираются под короткую кожаную куртку, надетую совсем не по сезону. Они обжигают своими касаниями мою спину. Его ледяную голубые глаза смотрят прямо в душу, в них плещется желание, окутывающее меня с ног до головы. Мы готовы взорваться от накопленных за вечер эмоций.

— Ты совсем замёрзла, моя глупая девочка, — хрипит мужчина, касаясь пальцами кожи под футболкой, а моё сердце колотится в ушах, одурманивая разум. — Моя... - хрипит Лекс вжимая меня в свой возбуждённый пах.

— Твоя, — глажу его по колючей щеке. Он, нагло просачиваясь рукой под юбку, опытным движением сдвигает в бок нижнее белье.

Ловко расстегивает ширинку высвобождая твердый горячий член. Он так контрастирует с заледеневшей кожей, что все ощущения становятся в несколько раз острее. Сильные руки приподнимают меня, насаживают сверху и до упора. Я сжимаю мышцы, чтобы еще сильнее обнять его бархатное возбуждение.

— Соня, — впивается поцелуем мне в шею, ловит мочку уха, оттягивает ее губами, толкается в рот языком и яростными рывками таранит мое тело.

Мы дрожим. Адреналин, наконец, начинает отступать оставляя чистое желание. Жадные удары бедрами, словно Лекс сам себе пытается доказать, что я его.

Голова кружится и кислород практически не поступает в легкие. Дыхание перехватило от ярких вспышек, взрывающихся в разных уголках наших тел. Кончив почти одновременно мы рассмеялись, разглядывая запотевшие окна.

— Ты офигенна, детка, — уже гораздо спокойнее целует меня любимый мужчина. — Согрелась? — посмеивается он.

— О, да! — прячусь носом у него на шее, дарю пару коротких поцелуев и замираю не спеша слезать со своего голубоглазого кошмара.

Эпилог

Давида нет уже почти три месяца. За окном зима и снег пушистыми снежинками застилает город. Легкий морозец к вечеру превращается в настоящие крепкие заморозки. Феликс куда-то умчал с моим отцом прямо с утра. Папа оценил его способности в ремонте машин и решил возродить бизнес, с которого когда-то начинал. Теперь у нас есть небольшая сеть авто-мото мастерских, где мой мужчина учится быть управленцем, но ему больше нравится ковыряться в железе, так что к вечеру от него так несет бензином и маслом, что у меня складывается впечатленье, что Лекс в нем купается.

Глажу пальчиками еще совсем плоский живот, в котором недавно зародилась жизнь. Как только Феликс долечился, он стал особенно сильно стараться и у него неплохо получилось. Мне кажется, наш малыш зачат в машине, когда после безумной гонки у обоих сорвало крышу. От воспоминаний об этом по телу побежали мурашки, а внизу живота разлилось приятное тепло. Беременность протекает нормально, но врач рекомендовала воздержаться от страстных порывов моего мужчины.

Он старается изо всех сил.