А потом был долгий путь реабилитации. Я до сих пор вынужден каждые три месяца проходить полное обследование. И за все это время ты не поинтересовалась, что со мной, как я. Жив ли я, — смотрит с упреком.

— Но…

— Дай мне договорить. Как только врачи разрешили, я приехал сюда. Я хотел увидеть тебя, Лина. Но что я узнаю? Ты уволилась, а перед этим подделала документы. Ты пыталась вывести деньги, подсунув фальшивое распоряжение, подписанное, якобы, мною.

Я смотрю на него круглыми глазами. Он знал. И он поверил. Во все эти лживые обвинения.

— Мэт… — говорю дрожащими губами, пытаясь найти слова в свое оправдание.

— Подожди, — опять обрывает он меня. — Когда мне рассказали, я долго не мог в это поверить. Ты не могла так поступить. Это повторял я себе.

— Но я…

— Получается, ты специально переспала со мной, — резко поворачивается и впивается в меня взглядом.

Я сижу в какой-то нереальности. Что это? Что он говорит? Мотаю головой.

Опять хватаюсь за ручку.

— Куда? — Мэт убирает мою руку. — Мы не договорили. Пока ты мне все не расскажешь, я не отпущу тебя.

— Я не буду оправдываться, — отвечаю гордо. — Если ты знаешь это все, то должен знать, что моя вина так и не был доказана. Следствие прекратили…

— Его прекратили, Лина, потому что я так захотел, — ехидно улыбается он. — Я решил не наказывать тебя. Пожалел. Но… никогда не поздно все развернуть.

Я с ужасом смотрю на него.

— Ведь срок исковой давности по делу еще не прошел, — мне кажется или ему и правда нравится наблюдать за моей растерянностью?

— Я ничего не брала. И ничего не подсовывала, — говорю как можно увереннее. — Ты вправе возобновить следствие, но я не виновата. И уверена в своей невиновности. А теперь открой дверь, я пойду.

— Не так быстро, Лина, — усмехается Мэт. — Мне кажется, я должен получить хоть какую-то компенсацию за все твои проделки.

Опять придвигается ко мне. Я буквально вжимаюсь в закрытую дверь.

— Не бойся, Лина, — рука Мэта ложится на мое плечо и слегка надавливает. — Тебе же нравилось.

9. Лина

И в этот момент в окна машины ударяет яркий свет. Я закрываю глаза рукой. Мэт зажмуривается.

— Какого черта?! — ругается.

Я быстро открываю дверь и выскакиваю на улицу. Чуть не попадаю под колеса патрульной машины. Скрежет тормозов.

— Девушка! — выкрикивает в окно молоденький полицейский. — С вами все в порядке? — косится на машину и выходящего из нее Мэта.

— Да! Спасибо, все в порядке, — отвечаю я и бегу в подъезд.

Не дожидаясь лифта, лечу по лестнице. И только, когда за мной захлопывается дверь, прислоняюсь к стене и прислушиваюсь к бешено стучащему сердцу.

Сажусь на пол, прямо в коридоре.

Надо что-то делать. В мозгу так и стучит: он поверил. Он поверил.

Сейчас самое главное — спрятать Даню, сына. Слишком опасно.