— Все уже решено! Мы развелись! Назад пути нет и не будет! С Альпом из-за чувства долга я оставаться не собираюсь, тебе ясно?!

От злости он проводит рукой по бумагам и принадлежностям, которые итак в хаотичном порядке лежат на его столе, тем самым очищая все содержимое пространства и выбрасывая вещи на пол.

— Ну и на что?! На что, позволь услышать, ты будешь дальше жить, м? — усмехается он. — У тебя даже опыта работы нет, Дарина! Тебя такую никто не возьмёт. О чем ты думала, когда подала на развод?! М?! Жила бы себе спокойно с Альпом дальше! Не получается у них... Ну конечно! Сказки мне здесь рассказывай! Все это решается! Но никогда не разводятся! А что скажет их семья? Никто не примет ваш развод.

Никто!

Я пропускаю его последние слова мимо ушей, игнорируя обвинения и отвечаю только на основной вопрос:

— По поводу работы можешь не переживать, если, конечно, действительно беспокоишься. Я уже себе ее нашла. У меня все хорошо и без Альпа, — я встаю с места, поскольку уже не вижу смысла оставаться здесь. И без того нервы на пределе. — А по поводу семьи Чакырбейли... Так я не запрещаю вам общаться. Можете как и дальше вести диалог, не считая друг друга врагами.

Я ничего плохого к ним не имею. У нас с Альпом был развод по договору, без всяких претензий. Мы не обижаемся друг на друга. Поэтому не нужно враждовать с ними. Общайтесь в том же духе. Можете продолжать свою работу, как ни в чем не бывало. Я повторюсь: наш развод на ваши взаимоотношения не влияет.

Последнюю фразу проговариваю на повышенных тонах и ежусь, когда отец ещё раз ударяет по столу.

— Никогда, — чеканит он по слогам. — Никогда не приму ваш развод. Это против всех правил! Так не делается в нашем мире, Дарина.

Одумайся наконец! Такого, как Альп, ты не найдешь никогда!

— Вот так, да? — выгибаю бровь, складывая обе руки на груди. — Какого же вы «высокого» мнения все обо мне. Я одна плохая, выходит?

— Это позор, — проговаривает как вне себя. — Позор на всю семью. Если ты не откажешься от своего решения, то…

— То что?— я беру сумку в руки и зло цежу. — Я уже все решила и давно не маленькая, папа! Я взрослый человек и несу ответственность за свою жизнь сама!

— Нет! Ты сейчас поступаешь во вред всем. Наплевав на нас с матерью. И на брата! А о здоровье Карима Ибрагимовича ты подумала? Как он отреагирует на эту новость?"

"— Ошибаешься, — горечь разливаются по всему горлу.

Встает поперек. — Я всегда обо всех думаю, только вот на мои чувства всем все равно. Позор, говоришь? Пусть так. Пусть! Если я уничтожаю вашу кристальную репутацию своим разводом, то пожалуйста. С этого дня я сама по себе, папа! И вправе жить той жизнью, которая мне будет доставлять удовольствие, а не вечные муки и груз на плечах. Теперь я буду жить так, как хочу. Так, как все время хотела.