Горько усмехаюсь, понимая, в каком он будет разочаровании, когда узнает о моей беременности. Он ведь даже Диме мозги постоянно прочищает на эту тему. Никаких детей до окончания университета, даже лучше поработать с годик и только потом задумываться о пополнении семейства. Правда, после он говорит, что для этого нужно иметь свой угол, стабильную высокую зарплату, намекая, что у Димы нет ни того, ни другого, хотя уже пора хотя бы подрабатывать. Так что ничего удивительного, что постепенно срок, который допустим для создания семьи, все увеличивается до трех лет, затем до пяти.

А тут… Почти готовый ребенок… Через девять месяцев…

– Ау, Лера, ты о чем думаешь? – щелкает перед глазами пальцами брат, оказываясь почему–то уже рядом со мной. Затем открывает холодильник и цокает. – Здесь явно мышь повесилась. Может, на дом закажем, проведем время за фильмом, как в детстве?

Я поспешно киваю, на лице проступает улыбка при счастливых воспоминаниях. И пусть страх неизвестности все еще довлеет надо мной, но перед глазами встают счастливые кадры прошлого, когда мы вот так устраивали семейные вечера вчетвером: я, Богдан, мама и папа… До того, как…

– Стоп, хватит вспоминать, не грусти, – тут же на мое плечо опускается ладонь брата, он немного надавливает, намекая, что мы есть здесь и сейчас, не стоит жить прошлым.

 – Лучше помоги выбрать ресторан. Можно мексиканскую кухню. Помнишь, как у папы рот так горел, что…

И он как всегда отвлекает меня от грустных мыслей, разрушающих мою душу. И я улыбаюсь, слушая наши совместные истории с ноткой юмора. На время забываю о реальности, чувствуя поддержку родного во всех отношениях брата. А зря…

Глава 7

На следующее утро просыпаюсь снова невыспавшейся и утомленной.

Чувствую себя разбитой, словно по мне проехался грузовик. Брат уже ушел на работу, я же иду в сторону ванной и смотрю на свое отражение: лохматые после сна волосы, помятое лицо, опухшие щеки и глаза. Да уж, я думала, что во время беременности только ноги опухают. Из всех симптомов у меня пока что только тошнота и чувствительность груди. Умываюсь, привожу себя в порядок и беру документы. Но когда спускаюсь по лестнице и выхожу наружу, замечаю возле подъезда черный монстр – полностью тонированный автомобиль, который никак не вписывается в наш дом хрущевской постройки.

– Хм, – вырывается у меня, и я быстро передвигаю ногами, инстинктивно желая быстрее пройти мимо незнакомой машины.

– Валерия, – вдруг резко открывается дверца, и оттуда выходит какой–то амбал в серой футболке.

– Что? – испуганно отскакиваю, в голове проносится тысяча неприятных мыслей, начиная от того, что меня сталкерят, до самых страшных вариантов развития событий.

– Садитесь в машину, пожалуйста, – берет меня за локоть и тянет в свою сторону.