Стали пеплом картинки счастливой жизни, не родились дети, не строился большой дом с зеленой лужайкой, и по ней не забегал огромный пес.

Или все-таки нафантазировала уже?

– Это все ничего не значит, так? То, что было?

Хм, ошибся. Соображает девочка.

– Наверное.

Хотел ответить жестче, не стал. Сейчас, скорее всего, не время вываливать на нее всю правду о настоящих отношениях между мужчиной и женщиной. Они не всегда бывают красивыми.

– Я пойду.

Не стала дожидаться от меня реакции, ушла, а буквально через минуту хлопнула входная дверь.

Не помню, когда последний раз имел отношения с девственницами, снова закурил, выпуская дым в окно. Даже не стал предохраняться, до такой степени накрыло, что удивился сам. Реально, как пацана, повело рядом с ней. Со всеми женщинами предохраняюсь, а девчонка пахла невинностью и яблоками.

Гладкая кожа, громкий вскрик, я собирал слезы с глаз Регины, выступившие от первого, такого болезненного проникновения. Я успокаивал и двигался как можно медленнее, а самого рвало на части от острого желания обладать, смешанного с нежностью.

Мне несвойственно все это, Дина говорит, что я циник и потребитель, а еще грубый в сексе, но ей нравится. Я даже не считаю все то, что сейчас произошло, изменой своей девушке, а ведь я решил, что Дина подходит идеально и вписывается в мою дальнейшую жизнь на ближайшие лет пять-семь, может больше.

Нервно тушу сигарету, иду в душ, пора заниматься делами, а не думать черт-те о чем.

***

– Регина, ты где была?

Бабуля услышала, как хлопнула дверь, я совсем забыла, что надо было зайти тихо.

– Показалось, что стучали, – говорю как можно спокойней, чтоб не вызвать лишних вопросов.

– И кто там?

– Никого.

Ухожу в свою комнату, сажусь на кровать, смотрю на руки, пальцы дрожат. Я думала, что безответно любить больно, когда тебя не замечают, когда ты всего лишь тень.

А оказалось, хуже, когда заметили, когда взяли то, что предложила, а потом просто снова указали на дверь. Нет, Матей не сказал это словами, но я и так все поняла.

Но ведь это все еще ничего не значит и его холодность она показная, ведь так? То, как он целовал и любил меня, значит гораздо больше.

Или я ошибаюсь?"

"Легла на бок, свернувшись в позу эмбриона. Слез уже не было, я не могла понять и уловить своих эмоций. Счастье, радость, любовь, горечь, обида – все смешалось.

Вот, оказывается, как это бывает в первый раз. Прижимаю пальцы к губам, они все еще помнят его поцелуи. А кожа – каждое касание и ласку.

Не жалею, ни о чем не жалею. Я отдала свою невинность тому кого люблю.

Все будет хорошо, Матвей сказал это все не со зла, пройдет день, и он снова меня поцелует, как этой ночью.

За окном раннее утро, я проваливаюсь в сон, словно падаю с крутого обрыва в черную пропасть.