Не понимаю, за что мне все это. Когда я, наконец, стану счастливой и свободной?!

Снова жутко холодно. Даже теплое одеяло не спасает от мороза по коже. Хочется плакать. Навзрыд, уткнувшись в подушку. А может и вновь оказаться в той самой раковине, куда я добровольно себя заточила после… смерти Любаши.

Ты должна быть сильной, Алиса. Должна выстоять все, что тебе уготовила судьба.

Но разве я могу тягаться со всеми этими людьми? С матерью Тимура, что меня со свету готова изжить. С его сестрой, считающей меня убийцей ребенка. Или с Катей, вцепившейся в Воронцова руками и ногами.

Ты же дала отпор Дине. Выстояла. Так и с другими, Алиса, справишься. Со временем.

Неожиданно напрягаюсь, почувствовав, как кровать прогибается под чужим весом. В нос ударяет едкий запах алкоголя и сигарет. Волоскам на затылке щекотно от тяжелого, горячего дыхания.

Меня резко, но нежно дергают назад за бедра и прижимают к голой груди. Все еще не шевелюсь. Боюсь хоть слово сказать. Спиной ощущаю бешено колотящееся сердце. Каждый его удар."

"Пульс ускоряется, когда рука Тимура нежно гладит меня по животу. Мышцы напрягаю, еле сдерживая себя, чтобы не зарыдать в голос. Он трогает там, где когда-то наша девочка росла. Искусно играя на струнах моей израненной души, даже не догадываясь об этом.

— Спи, Алис, — голос еле слышен. Дыхание шею щекочет. — Давай просто сейчас представим, что у нас все как раньше.

Да только как раньше больше никогда не будет. Все изменилось. Мы с Тимуром изменились. Он стал холодным и отстраненным. Я… глубоко ушла в себя, став обычной тенью. Бесхарактерной девчонкой, оказавшейся в настоящем аду.

Хоть мы и рядом, но между нами пропасть. Огромные километры, которые никогда не сократятся. Канат над бездной не натянуть. По нему не пройти. Каждый шаг опасен. Может быть сопряжен с сильнейшей болью. Ожогом на всю жизнь.

— Милая Алиса, — ладони Тимура пробираются под майку и накрывают грудь. — Моя девочка.

Чувствую, как его дыхание становится все размереннее. Как мышцы расслабляются. Руки больше не удерживают в жесткой хватке. Тимур сопит носом, уткнувшись лицом мне в затылок.

Пытаюсь сама уснуть, но ни черта не выходит. Мне то дико жарко, то очень холодно. Лежащий рядом мужчина напрягает, вызывает давно забытые чувства. Заставляя меня тонуть в воспоминаниях счастливых дней. Тянутся к тому свету, что давно для меня погас.

Сама не замечаю, как проваливаюсь в глубокий сон, где так все ярко, светло. Спокойно и уютно. Не вижу ничего вокруг. Кажется, будто плыву на каком-то облаке, проносящем меня через источник невероятной эйфории. Той, что наполняет сердце умиротворением.

— Алиска.

С трудом распахиваю глаза, не понимая, кто меня сейчас звал. Это сон или реальность?

Моргаю. Хочу глаза протереть, но рукам что-то мешает.