Бессонная ночь давала о себе знать, да и испытанный стресс от встречи с пока еще мужем и подругой тоже.

– Вот, – внезапно на мои колени лег белый конверт.

Меня аж затрясло. Что это? Деньги? Зачем? Или за что….

– Что вы себе позволяете? – мой голос дрожит от возмущения. – Вы меня пытаетесь купить? Или заплатить? Что это?

У Германа вытянулось лицо. И по тому какой он бросает на меня взгляд я понимаю, что сморозила несусветную чушь. Щеки покраснели. И чем дольше мужчина молчал, тем ярче они разгорались.

– Нет?! – бормочу и онемевшими пальцами открываю конверт.

– Это распоряжение от Светланы Петровны, – глухо, с вибрацией в голосе отвечает Герман.

И я чувствую, что ему с трудом удается сдерживать смех.

Боже, какая глупость вылетела из моего рта. Я готова провалиться сквозь землю. Готова сделать все, что угодно, лишь бы затолкать эти обвинения обратно.

– Простите, я немного расстроена, – смущаясь произношу, полностью сосредотачиваясь на том, что держу в руках.

– Да, я все понимаю. Не принимай близко к сердцу, – хлопает меня по плечу мужчина.

У меня под тяжестью его ладони затрещали кости. Поморщилась.

– У меня был тяжелый день и … ночь.

Специально делаю акцент на последнем слове, зачем? Надеюсь, что его загрызет чувство совести!? Но таких, как он, вряд ли такое замечание тронет.

Впрочем в подтверждение моих слов, Герман лишь скользнул по мне снисходительным взглядом. И за всю дорогу до дома, а это еще десять минут, между нами не было произнесено ни слова.

Когда машина затормозила возле подъезда, я даже и не сомневалась в том, что Герман мне поможет донести вещи до квартиры. Зайдя в коридор, мужчина, сделав пару широких шагов, заглянул вглубь.

– Никого нет, – поспешила ответить я и, прошмыгнув мимо, забежала в гостиную, подхватила свой саквояж для работы и вернулась тут же обратно.

– Я готова, – засуетилась в дверях, пытаясь обойти Гризли так, чтобы не прикасаться к нему.

– А где твой муж?

Вопрос был настолько неожиданным, что я не сразу сообразила, что он был адресован мне, хотя кроме нас двоих в квартире никого больше не было?!"

"Спину прожигал пристальный взгляд мужчины. От него шли по спине наэлектризованные мурашки, покрывая лопатки, позвоночник, собираясь в тугую спираль на пояснице скручивали талию стальным обручем.

Я медленно повернулась к нему:

– Зачем вам это? – мой голос показался мне абсолютно чужим и будто не моим, хриплый, злым.

– Ну, кольцо-то на пальце есть, а мужа не видно. Все бегаешь куда-то, переезжаешь. Случилось что?

– Мне кажется сейчас вы суете нос не в свое дело, – цежу сквозь зубы, глядя на него снизу вверх. – Я не намерена обсуждать свою личную жизнь с посторонними людьми.

Здоровяк ухмыляется, вскидывает бровь.