Помнится, мама как раз настояла на участии в пошиве выпускного платья, которое мне так и не довелось надеть. С тех пор много воды утекло, и пара сантиметров таки осела на моей талии. Безусловно, я тут не причем: это все нервы, стрессы и неправильное питание. Непонятно только, почему эти сантиметры осели в талии, а не, скажем, в груди, где бы для них отлично нашлось место и они бы точно не помешали?

Сошлось платье с трудом на вдохе, и выдохнуть нормально уже не получилось. Но беда, как известно, не приходит одна. Какое же платье без туфель?

Туфли прилагались. Разумеется, на каблуках.

Само собой, неудобные. Мне хватило одного взгляда на узкие лодочки с тонким каблучком, чтобы ноги заранее заныли. Но не в ботинках же идти?

Пришлось надевать и их.

Следом Рози настояла на легком макияже хотя бы для того, чтобы скрыть мои синяки под глазами. Результат получился неплохой. С волосами, конечно, ничего не поделаешь. Почему-то мама не позаботилась о парике или лучше шиньоне. Раз, приколол – и прическа готова.

Сейчас я напоминала себе волшебницу из книги с детскими сказками. Синяя ткань струилась и переливалась, еще бы остроконечную шляпу на голову и посох в руки.

Но в руки пришлось брать сумочку, вызывать извозчика, так как дойти без потерь на каблуках по нашей брусчатке не смогла бы и куда более подготовленная светская львица. Такая обувь, определенно, не для жизни.

К семи часам мы подъехали к дому Рози. Девушка была настроена решительно и вся светилась от того, что я приехала с ней. Наверное, она не ожидала, что я настолько не захочу ее отпускать. Я же не была так уверена в правильности своей затеи, но отступать некуда, особенно, в таких туфлях.

– Папа, мама, со мной приехала местресс! – радостно оповестила домашних девушка, стоило нам пройти внутрь.

Кажется, внутри что-то упало и разбилось.

Женщина, определенно похожая на Рози, или Рози не нее, вышла в коридор и заохала. Сохранившая неплохую фигуру блондинка в домашнем платье и цветочках во все глаза рассматривала меня.

Следом вышел отец, здоровый, крепко сбитый суровый мужчина. Я бы даже сказала – мужик, из тех, кто месит сильными руками десятки килограммов теста в день. Он с явным неодобрением смотрел на меня, но я прислонилась к стене (чтобы ноги с непривычки не подвели), а посему стояла уверенно.

– Местресс, это моя мама – Эльза и отец – Брайан.

– Добрый день, – дружелюбно улыбнулась я. – Меня зовут Линда Ринолет, ваша замечательная дочь работает в моей клинике.

– Ой, – хлопнула в ладоши женщина, – что же мы стоим у дверей? Пожалуйте внутрь, местресс, располагайтесь.

– Хотите чего? – продолжила суетиться мама Линды, когда мы зашли в комнату и расселись за столом.

– Чаю принеси, – скомандовал отец. – С ватрушками. И кренделями.