– Хорошо, – решила на этот раз уступить, – только я сначала одна поднимусь, проверю, можно ли впускать постороннего мужчину в комнату. У меня там все-таки личные вещи, – и главное – побольше многозначительности в голосе.

Так как помимо личных вещей у меня там один лорд, очень личный, которого ни в коем случае нельзя никому показывать.

Местор оценил мою многозначительность, понимающе улыбнулся и разрешил, при условии, что я не заставлю его долго ждать.

Поднималась я, вроде, не торопясь, а на деле почти бегом влетела в спальню, там никого! И под кроватью никого! В кровати один Дао, а где же?..

В моей спальне тоже все было чисто, в комнате с террариумом только постоянные обитатели гидра и поползень – везет мне на змеевидных. Дагье нашелся в персональной комнате цербера. Церя плохо уживался с кем-либо. Был он молодой и горячий, излишне горячий, я бы сказала. Поэтому вся комната была зачарована от воспламенения. В дальнем углу стоял огромный доисторический гардероб. Не вынесен он был только потому, что оказался абсолютно неподъемным. А сейчас еще и весьма обгрызанным. И вот на этом гардеробе, поджав ноги, сидел Ксавьер. Церя, склонив голову на бок, сидел у гардероба и пристально так изучал… гостя? Добычу? Ужин?

– О, Линда! – обрадовался лорд, чем вызывал глухое недовольные ворчание цербера.

– Сидите тихо и не высовывайтесь! – приказала я.

– А как же…

– Тихо, я сказала!

Комнату я закрыла и со спокойной душей спустилась вниз.

– Вы не передумали?

– Нет, – местор поднялся, – пожалуй, Тори останется здесь, чтобы не смущать ваших животных."

"Я только плечами пожала. Цербер под замком, а Дао сложно смутить какой-то химерой. Она ему на один зуб.

Местор обвел комнату остекленевшими взглядом. Создавалось впечатление, что он смотрел сквозь предметы. А может, так и есть. Скорее всего, проклятийник искал остаточные эманации.

– Линда, а цвет пола вас устраивает? – Пауль носком лакированного ботинка потыкал в угольно-черные доски.

– Нет, но не уверена, что краска это возьмет.

Мужчина усмехнулся и без лишних слов сделал пару пассов рукой. И полы мои будто ожили. Как я не удержалась и совершенно по-детски не взвизгнула – не знаю. Но чернота начала отставать от пола и скатываться в шарики, похожие на ртуть. Мелкие частицы сливались в более крупные, пока не скатались в небольшой шар размером с кулак, прыгнувший в мужскую ладонь. Местор немного покрутил чертону в руках, будто пробуя на ощупь, а потом без проблем развеял.

А мой пол снова выглядел как до ритуала. То есть не лучшим образом, но хотя бы не черный. Схемы, к счастью, на полу также не осталось, иначе было бы трудно объяснить, что это я взялась обучаться на проклятье высшего круга. А так все в рамках разумного. Только Пауль отчего-то не спешил покидать гостевую спальню.