– Дело ведь не только в деньгах. С такой птичкой нужно уметь обращаться. Все-таки зря я тебе его прислал, – покаялся Дарел.

– А были другие варианты, кроме меня? – интересно, с кем еще из зооцелителей он поддерживает отношения.

– Был вариант сдать рухха страже. Думаю, тебе не нужно объяснять, почему я им не воспользовался.

Стража вряд ли бы стала церемониться с такой опасной находкой. К тому же раненой. Прибили бы, чтоб не мучился. И чтоб самим не мучиться с ним.

– Хочешь кофе? Обычно чай предлагают, но я не уверена, что он у меня остался. А того, что принято к нему предлагать, точно нет, – чтобы не дарить лишние надежды предупредила я.

– Давай, – улыбнулся целитель. А мог бы и отказаться из вежливости.

И как он все-таки изменился. Дело не только во внешности, но и в умении себя держать.

– Кстати, с кем еще из наших ты общаешься? – не из интереса (избавьте ушедшие боги мне скучать по однокурсникам), а чтобы заполнить паузу, пока варится кофе, поинтересовалась я. – Кроме тех двоих, разумеется, – от воспоминаний о заклятых подругах я чуть не передернулась.

– Если честно, мы с Инессой и Анжеликой почти не общаемся.

И видимся редко, – Дарел замолчал, почему-то не спеша ничего рассказывать. Кажется, я задала вполне невинный вопрос. Или нет?

– Я мало с кем поддерживаю отношения из наших, – все-таки продолжил мужчина, когда кофе в турке закипел. – Так или иначе пересекаюсь со многими, в одном котле ведь варимся. В центральном прилично выпускников нашей академии работает. Сама знаешь, как престижно туда попасть.

– Ты давно там? – чашки я выбирала придирчиво, проверяя на наличие сколов и трещин. Захотелось показать себя не с самой плохой стороны.

Не уверена, правда, получится ли, все-таки хозяйственностью я никогда не отличалась. Да и красивые чашки вряд ли компенсируют отсутствие вкусняшек.

– С самого выпуска. Сначала на практику позвали, а спустя полгода оставили насовсем. Инесса с Анжеликой там года три, кажется. А до этого работали где-то в других клиниках.

Наверное, всеми силами рвались на теплое местечко.

– А почему не общаешься? – сейчас Дарел меньше всего походил на замкнутого закомплексованного мальчика. Не похоже, чтобы у него имелись какие-то барьеры.

– Может, потому что все помнят, каким я был раньше, и не упускают возможности напомнить об этом и мне? – усмешка мужчины вышла невеселая, а я решила впредь стараться больше думать и меньше говорить.

Вольс всегда был отличником, пусть и не отличался силой магии, но с умом использовал накопители и вспомогательные артефакты. Если б еще устно нормально отвечал…

– Извини, что больше предложить нечего, в последнеев время ничего не успеваю, – и в такие моменты только и остается, что посыпать голову пеплом из-за собственной непрозорливости.