Если обычной краской нарисовать может любой рукастый умелец, то магический оттиск скопировать и перенести…

Поэтому когда за дверью раздались голоса прибывших на вызов стражей, я спешно сунула бумагу в ящик стола, решив не пороть горячку и взвесить и обдумать все еще раз после окончания рабочего дня.

Хозяев игуаны увели, мы с руххом остались. Приоткрыв драпировку, я узрела умильнейшую картину. Птенец спал, засунув голову под здоровое крыло. Устал, малыш, перенервничал."

"Осторожно накрыв рухха обратно, я нежно провела пальцами по прутьям клетки. И что мне с ним делать? Крыло явно повреждено, без лечения птенец не выживет.

Но и отпустить его после выздоровления невозможно: родители к тому моменту о нем забудут, да и самостоятельно он никогда не найдет гнездо. А вот неприятности такому найти, как делать нечего. Тут и искать не надо: первые же мальчишки, рискнувшие взять его в руки. Или кинуть камень. Даже маленький рухх способен постоять за себя и ответить разрядом молнии. Не всякий человек после такого выживает.

Так что на волю рухху отныне путь заказан. Только устроить подобную птичку в неволе не так-то просто…

Но пора возвращаться к остальным пациентам.

Вон, у ехидны капельница закончилась. Бедолага даже шевельнуться боялась, а у ее хозяина и подавно глаз подергивался. Да, игуана навела у меня шороха. Отпустив ехидну, я выглянула в коридор, отметив, что людей с клетками в нем прилично. И все они едят пирожки и булочки. Собственно, в том, что Рози распродаст всю корзину еще до конца дня, лично я не сомневалась. Только брат ее отчего-то выглядел совсем не радостно. И взгляд у него был такой многообещающий. И обещал он не самый приятный разговор. Но это после. Сначала закончим с пациентами.

13. Птица рухх

Приемный день закончился как-то резко и сразу. Раз – и все перевязаны, прокапаны, привиты и так далее по списку. Один рухх дремал в клетке под покрывалом, но с ним позже разберусь.

Все это время Жак сидел в коридоре и никаких попыток заговорить со мной не предпринимал. Только за это я испытывала некое подобие благодарности, так как брату Рози явно имелось, что мне сказать и высказать. Собственно, что именно, я догадывалась, тут все слишком очевидно. Но Жак честно продержался до конца дня.

– Можно зайти? – заглянул ко мне в кабинет мужчина.

– Конечно, проходите, присаживайтесь. Вы не против, если я продолжу подготовку к завтрашнему дню?

На полки предстояло расставить все лекарства и инструменты в давно заведеном и устоявшемся порядке. Какие-то инструменты убрать в обеззараживающий короб. Заранее приготовить чистые пеленки, ветошь, бинты для перевязки. Небольшой ежевечерний ритуал.

– Местресс, мне не нравится, что Розалинда у вас работает, – без предисловий и расшаркиваний начал Жак.