Саша решил, что это и называется «яйцеголовый». Возможно дело было в лысине, разделённой посередине протуберанцем волос.

Профессор пришёл как положено в мундире статского советника и при орденах. Точнее орден был один: святой Анны третьей степени. И ещё медаль в память Крымской войны.

— Дмитрий Иванович Менделеев очень лестно о вас отзывался, Ваше Императорское Высочество, — начал Ходнев.

— Вы знакомы?

— Да, я присутствовал на защите его магистерской диссертации.

— Здорово, — восхитился Саша, — надеюсь, вы были не слишком строгим оппонентом.

— Сделал несколько замечаний, — признался Ходнев.

— Давайте я немного поспрашиваю, чтобы не рассказывать то, что вам и так известно.

— Хорошо, — согласился Саша. — Но это немного.

— Какие вы знаете металлы?

— Литий, натрий, калий, магний, марганец, железо, медь, цинк, золото, серебро, платина, титан, молибден, никель, кобальт, вольфрам, уран… — выпалил Саша."

"И тут же осёкся. Интересно, они про уран знают? Он в упор не помнил, когда он был открыт.

— Запишите, — попросил Ходнев.

— Конечно, — кивнул Саша, — так даже проще.

И повторил всё письменно своим ужасным почерком.

Вместе с ураном, ибо отступать было поздно. К тому же вспомнил про свинец и олово. И добавил их к списку.

Немного задумался, но решил, что про плутоний они точно не знают.

Ходнев взял листочек. Прочитал, и его глаза выразили полное восхищение, откуда Саша сделал вывод, что ничего лишнего не написал.

— Нигде не ошибся? — спросил он.

— Почти, — улыбнулся учитель. — Вольфрам — это соединение. С немецкого переводится «волчья пена», а элемент правильно называется «tungsten». Это по-шведски: «тяжелый камень».

Саша припомнил, что Менделеев говорил, что вольфрам — это сплав.

Но школьные знания были крепче.

— Понятно, — кивнул Саша.

И записал старое название вольфрама.

— Но есть ещё, — заметил Ходнев.

— Осмий? — предположил Саша.

— Да! — воскликнул Ходнев. — Вы даже о нём знаете! Но я ожидал более простого ответа.

Гм… что же он забыл.

Ах, да! И добавил: «алюминий».

— Конечно, — сказал учитель, — а жидкие металлы бывают?

— О, господи! Как я мог забыть! Ртуть же!

— Да!

— Я всё вспомнил? — спросил Саша.

— Нет, но всё равно отлично!

— Цезий? — предположил Саша.

— А вот теперь фантазируете, — заметил преподаватель, — такого металла нет.

«Пока нет», — подумал Саша.

И всё-таки написал его в список, но вычеркнул тоненькой чертой, чтобы не мешала читать название.

— Что же я забыл?

— Хром, иридий и бериллий.

— А! Позор какой! — отреагировал Саша.

— Вы про них тоже знаете?

— Да, хотя плохо представляю, как выглядят бериллий с иридием.

— Я на следующую лекцию принесу, — пообещал Ходнев. — И ещё вы забыли стронций.

— Он известен? — поразился Саша.

— Странно вы спрашиваете, — заметил преподаватель.