Дядя Костя продолжил рассказ:"

"— Чтобы сломить влияние Англии, Наполеон III предлагал противопоставить ей континент единый и нераздельный, состоящий из сильной России, сильной Франции и полу сильной Пруссии со слабой Неметчиной посредине, которую мы вдвоем с Францией всегда можем заставить быть с нами заодно. Он заметил, что в ослаблении Австрии заинтересованы и Франция, и Россия, ибо «первая распространится на юге до Италии, а Россия возвратит себе историческое достояние Галицию или старое Галичское княжество».

— А зачем нужно ослаблять Англию? — спросил Саша.

— Потому что она слишком сильна, — сказал папа. — В Европе должно быть равновесие сил.

— Как бы нам с Англией не пришлось объединяться, когда немецкие княжества сольются в единый Рейх, — заметил Саша.

— «Когда»? — переспросил царь. — Не «если»?

— «Когда», — кивнул Саша. — Думаю, это неизбежно.

— И скоро? — спросил папа.

— Думаю, у нас лет десять-пятнадцать.

— За тобой надо записывать, — усмехнулся дядя Костя.

— Записывай, — сказал царь. — Потом посмотрим.

— Хорошо, — кивнул Константин Николаевич. — Десятого декабря в Тюильри мы простились с Наполеоном, потом был обед у Киселёва, а вечером — на чугунку.

— Графа Киселёва? — переспросил Саша. — Нашего посла во Франции?

— Да, — кивнул папа.

— Ехали всю ночь и полдня, — продолжил дядя Костя. — Что довольно тяжело. Пили кофе в Лионе, завтракали в Авиньоне, приехали в Марсель одиннадцатого декабря в половине четвертого и на «Рюрике» отправились в Тулон. Через два дня вернулись в Виллафранку. А 17-го погрузили вещи на «Громобой» и пошли в Геную, где в королевском дворце завтракали с сардинскими господами.

Потом снялись с якоря и пошли вдоль итальянского берега. Была чудесная ночь.

— На юг? — спросил Саша.

— Да, в Палермо. Были там на третий день. Я встал в 6 часов и в сумерках первый увидал мыс Монте-Пеллегрино, мыс Капо-Галло и маяк на нём, и мыс Монте-Зафферано. Все знакомые места. Жаль, что погода была серая и впечатление не то. Выехал лоцман и поставил нас в гавани фертоинг подле «Баяна».

— Фертоинг? — спросил Саша.

— На два якоря, — объяснил дядя Костя. — Тогда судно, разворачиваясь под действием ветра или течения остаётся между якорями.

Было очень тесно, так что мы стояли прямо против маяка. На фрегате позавтракали и в 12 часов съехали на берег и поехали в Оливуццу. Там новые пристройки. Санни поместилась в них, а я в своих старых комнатках. Отправился тотчас в сад, по всем любимым местам.

— Ты был там раньше? — спросил Саша. — Что за Оливуцца?

— Да, — кивнул Константин Николаевич, — тринадцать лет назад, когда навещал Маменьку, твою бабушку, которая лечилась тогда в Палермо.