Австрийцы потерпели очередное поражение недалеко от Мантуи, у деревни Сольферино.

В сражении участвовало до четверти миллиона солдат, число погибших насчитывало десятки тысяч. Отступая после битвы австрийские войска покинули Ломбардию.

В тот же день Константин Николаевич навещал бабиньку в Александрии. И только в воскресенье 14 июня состоялся обед с его участием.

Всё утро шёл дождь, но к шести вечера погода разгулялась, и стол накрыли в начале Камероновой галереи, рядом с висячим садом. Пахло розами и благоухала земляника на столе.

Вечернее солнце зажигало капли воды на траве в саду, деревьях и кованой ограде и отбрасывало на пол длинные тени колонн.

С дядей Костей приехала тётя Санни и Никола. Константин Николаевич собирался рассказывать о своём путешествии. Так что для Саши, Володи и даже девятилетнего Алёши сие было сочтено полезным, и все присутствовали.

Путешествие началось с немецкого города Киль, откуда по железной дороге доехали до Гамбурга. Потом до Ганновера, где встретил король Георг Пятый.

Для Саши было некоторой неожиданностью, что Ганновер — королевство.

— Вечером давали оперу «Тангейзер», какого-то Вагнера, — рассказывал дядя Костя.

— По-моему, кроме двух-трех штук, ужасная дичь и шум, так что не могу назвать музыкой.

— Рихарда Вагнера? — не поверил Саша.

— Да, кажется, — небрежно подтвердил дядя Костя.

И посмотрел на Сашу с некоторым удивлением.

— Где ты уже успел его послушать? Его только в Неметчине ставят.

Глава 7

Саша улыбнулся и пожал плечами.

— Наверное, во сне. Но мне нравится.

— Да, «Лоэнгрин» несколько лучше, — примирительно заметил дядя Костя.

И продолжил рассказ о Германии: Гамбург, Лейпциг и Альтенбург. Потом Веймер, Дармштадт…

И всюду по чугунке.

— То есть все немецкие города уже соединены сетью железных дорог? — спросил Саша.

— Большая часть, — кивнул Константин Николаевич.

— А у нас только Петербург с Москвой?

— Саша, Россия несколько больше, — заметил царь.

— То есть Николаевская дорога длиннее всей немецкой сети? — спросил Саша.

— Нет, — признал дядя Костя. — Но даже эту дорогу не хотели строить, пока папа, твой дедушка, не решил, что дороге быть.

— Теперь есть Главное общество железных дорог, — сказал царь, — построим.

— А что ты думаешь о чугунке? — спросил Сашу Константин Николаевич.

— Может, во сне что-то видел?

— Видел, — серьёзно проговорил Саша. — Пока нет самолётов, это лучшее, что можно придумать. Ещё века полтора будет более, чем актуально.

— Чего нет? — переспросил Александр Николаевич. — Самолётов?

— Летательных аппаратов тяжелее воздуха, — отчеканил Саша. — Помните бумажные самолётики, которые я подарил Никсе? Можно построить огромные летающие машины на том же принципе.

— Ты знаешь принцип? — спросил дядя Костя.

— Да, — кивнул Саша.