Он пах мужчиной, меня тошнило от его запаха, аромат предательства пробивался в легкие, пробуждая злость и ненависть. Столько крови на его хозяине, что казалось он пропитался ее соленым металлическим вкусом. Я грезила отомстить ему во чтобы то не стало, но не знала как это воплотить в своем положении бесправной рабыни.

Он усадил меня перед собой на лошадь, как не пыталась отстраниться и максимально не касаться его груди, но он специально вжимал меня в нее, надавливая под ребра. Сейчас там не осталось и следа от недавнего происшествия, рана затянулась и почти не беспокоила. Вспомнила девушку целительницу, что оказалась со мной в клетке. Тем людям никто не смог перечить, Шо просто стоял и обливался потом, смотря как они вгоняют мне клинок под сердце. Если бы Алатея меня не исцелила, похоже, она и сама не верила в свои способности, то я была уже мертва. В тот момент мне казалось, что я умру и снова окажусь дома, в своем теле, но дева вернула меня к жизни, и вот я скачу с предателем к врагам.

Ему было мало смерти моей семьи, нужно было поиздеваться вдоволь. Не знаю, кого я ненавидела больше, его или зеленых тварей, монстров с клыками.

Воспоминания Анны подсовывало страшные обрывки. Как она вырывается от одного война, он гадко обнажает зубы в оскале ни грамма непохожем на улыбку, не спешит убивать ее, хотя мог сделать это одним движением, а швыряет ее тело на пол, намереваясь развлечься, лишь приставленный к ней охранник, раненый и изможденный, он из последних сил наносит удар чудовищу, этих пары секунд хватает на то, чтобы вскочить и побежать, скрыться в тайном проходе.

Она долго пробиралась по темному лазу почти на ощупь, заливаясь собственными слезами и наконец оказавшись за территорией дворца, куда вывела ее дорога, растерялась, не представляя куда идти дальше и у кого просить помощи."

"Нужно было добраться до большой суши, а это можно было сделать только вплавь. Надо найти лодку и уплыть. Если раньше можно было нанять кого-то, то сейчас все прятались и ждали своей участи, кто мог, тот уплыл, спасая себя и свои семьи.

Анна укрылась в лесу, прислушиваясь к каждому шороху, но бежать к берегу белым днем равносильно самоубийству.

И стоило ей причалить к берегу, как ее схватили, руки отваливались от гребли веслами и сопротивляться сил не было, да и куда там, когда ее схватили два бугая и понесли, перекинув через плечо, как мешок с картошкой, к своему хозяину.

– Отпустите меня, у меня есть деньги, я вам заплачу после, – просила она мерзкого Шо, но тот только надсмехался. Мерзкий алчный тип был рад такому подарку, за который можно получить хорошую сумму.

Последнее, что я открывается из воспоминаний Анны, как она пьет из рук женщины, похожей на знахарку, зелье для проверки невинности.