Когда плита поворачивалась, сын вождя вполне мог оценить ее толщину.

Ирдик прижалась к нему, и юноша притянул ее, теплую, беззащитную…

И не успел опомниться, как оказался на каменном полу ниши, а гладкое горячее тело карнагрийки прижималось к его собственному телу так плотно, что не нашлось бы места и для лезвия ножа.

Сладкие влажные губы накрыли рот юноши, ногти вонзились в кожу. Страсть девушки передалась Кэру с удвоенной силой. Он заскрипел зубами, стиснул ее так, что хрустнули позвонки. И овладел ею с яростью, ошеломившей его самого даже больше, чем Ирдик.

Стоны, вскрики, все звуки, рожденные страстью, гасли в окружавшей их темноте.

Близость длилась целую вечность. Но даже вечность когда-нибудь кончается.

– Ты прокусил мне губу! – пожаловалась девушка.

Кэр рассмеялся. Смехом Мужчины!

Ирдик таяла от его близости. Она была поражена и восхищена.

Ирдик недавно исполнилось пятнадцать. Четыре года прошло с тех пор, как она стала женщиной. Но она не знала ни одного мужчины, сравнимого с этим высоким худым юношей-самерийцем.

«Даже если мы умрем здесь, в этой темноте,– подумала девушка,– я не пожалею!»

А вот сын вождя был далек от того, чтобы готовиться к смерти.

Хотя и был потрясен едва ли не больше Ирдик. Его первый опыт – ничтожная тень рядом с этой леопардовой пляской!

Кэр провел ладонью по бедру девушки и ощутил, что желание опять (в который уже раз?) готово вспыхнуть в нем.

Но – нет! Сначала он должен найти выход!

Кэр не сомневался, что не окончит жизнь здесь, в этой каменной дыре.

Он облизнул пересохшие губы.

«Вот,– подумал он.– Я уже хочу пить! И малютка тоже хочет пить, а ей терпеть труднее, чем мне!»

Эта мысль наполнила сына вождя гордостью и состраданием.

«Надо выбираться!»

Улегшись на камень у края ниши, Кэр свесил голову вниз. Рука не нащупала опоры. Тьма была непроглядна. Ашшур! Здесь может быть два локтя, а может – и тысяча. Собрав остатки слюны, Кэр плюнул вниз, но ничего не услышал.

«Можно спустить на руках Ирдик, а если ее роста не хватит, втянуть обратно!»

– Ирдик! – позвал он.

Девушка тут же оказалась рядом, прижалась прохладной, еще влажной грудью. Серьги нежно зазвенели.

О! Это мысль!

Кэр нащупал одну из хрустальных подвесок, переломил тонкий листик пальцами.

– Что ты делаешь? – воскликнула удивленная девушка.

Но Кэр уже уронил вниз легкую пластинку. И услышал тонкий звон разбившегося хрусталя.

Вскочив на ноги, сын вождя вознес благодарность богу гор.

И прыгнул вниз.

Высота оказалась чуть больше, чем он ожидал: пять-шесть локтей.

– Кэр! Кэр! – раздался наверху испуганный голос.

Услышав звук его прыжка, Ирдик на ощупь пыталась найти сына вождя.

– Кэр…– Она оступилась, вскрикнула и полетела вниз.

Самериец успел подхватить ее раньше, чем девушка расшиблась о камень.