Он прижал ее к себе, его губы впились в ее. Потом он взял Розлинн на руки, он пожирал ее глазами — лицо, тело, всю ее до кончиков пальцев. Как часто он представлял эту девушку здесь, и даже кожа от этих фантазий загоралась страстным желанием. Сейчас он был самым счастливым человеком, она здесь и она так прекрасна, женственна и желанна, она была его, и она хотела его. Он готов был кричать от радости. Он ласкал ее, прикасаясь легко и нежно пальцами к ее щекам, волосам, спине. Никогда он не насытится этими прикосновениями к ней.

— Ты представить себе не можешь, что ты со мной делаешь.

— Я знаю, что ты делаешь со мной, — мягко сказала она, глядя на него. — Разве это не одно и то же?"

"Он поцеловал ее, раскрыв ее губы языком и проникнув внутрь, его грудь накрыла ее. Когда она подняла руки, чтобы обнять его, он поймал их на лету и сомкнул их пальцы. Она не могла двигаться, но могла ощущать, она чувствовала, как его грудь двигается вверх и вниз, лаская ее соски, и это было невероятно чувствительным прикосновением. Чуть позже он позволил себе губами провести по ее выпуклым соскам, но не освободил ее рук, и она почувствовала, что сойдет с ума, если не обнимет, не погладит его.

Он выдержал паузу, с улыбкой глядя на нее.

— Ты — дьявол, — сказала Розлинн, заметив его удовлетворение.

— Я знаю, — и он облизал ее сосок. — Тебе не нравится?

Розлинн рассмеялась. Он сбросил брюки, осталось снять с нее трусики и обувь. Она была удивительна, его шотландка. Жениться на ней будет невероятно приятно.

Сняв с нее туфельки, он повертел в руках кинжал.

— Ты действительно знаешь, как этим пользоваться?

— Да, я пользовалась, когда наемники Джорди напали на меня на улице.

Энтони отбросил кинжал.

— Тебе не нужно будет беспокоиться больше об этом после сегодняшней ночи, — сказал он со значением.

У Розлинн были сомнения по этому поводу, но она оставила их при себе. Он все равно не соответствовал тому типу мужчины, за которого она хотела бы выйти замуж. Не важно. Он был хорошим любовником, и она принимала его таким, каким он был. В любом случае, она всегда была убеждена, и недавние события только еще сильнее утвердили ее в этом, что ее замужество должно быть не более, чем деловым соглашением.

Но вчерашние решения были очень и очень далеко, а руки Энтони гладили ее ноги, и из-за этого она уже не могла думать ни о чем другом.

Он целовал ее бедра, плавно двигаясь и языком углубляясь в пупок. Жаркая волна пробежала по всему ее телу, заставив изгибаться. Она гладила его по голове, притягивая ее к себе, а он продолжал целовать ее грудь. Спина ее прогнулась, ее живот касался его груди. Но этого было недостаточно. Она не знала точно, что нужно делать дальше, но пылала вся, ожидая продолжения.

Он же целовал ее спину, опаляя ее губами и обдавая теплом ухо.