– Тетя Теля, – судорожно рыдала Эля, обнимая няньку, – я не предполагала, что она убьется! Просто очень обозлилась! Я не думала… не замышляла… это случайно получилось… нечаянно…

– За нечаянно бьют отчаянно, – не к месту вспомнилась Тельме детская дразнилка, – за тапки сестру убила! Как жить-то будешь?

Эля затопала ногами.

– Она сама виновата! Вечно все ей! Ей! Ей! А не мне!

Тельма вздрогнула – она ощутила, как от девочки пошла густая волна ненависти и злобы, и поняла: Элеонора великолепно понимала, что делает, слова «нечаянно» и «случайно» – ложь.

И тут из коридора послышался шорох.

"

"– Кто здесь? – насторожилась Тельма.

– Нас подслушивают, – побелела Эля.

– Дома никого нет, – мрачно ответила нянька, – отец на работе, сестры отсутствуют.

Эля зажала рот руками, а Тельма быстро вышла в коридор к двери, увидела, что она заперта, хотела вернуться в комнату и вдруг заметила: с тумбочки, стоявшей у входа, исчезла пластиковая сумочка. Кто-то из девочек забегал домой и взял ее.

Глава 31

– И вы простили Элю? – поразилась я. – Ничего не рассказали Сергею?

Тельма опустила голову.

– Сережа не мог один справиться с тремя дочками, поэтому он предложил мне выйти за него замуж.

Соседи осудили нашу поспешную свадьбу, шипели мне в спину: «Поторопились, любовнички, еще земля на могиле не осела, а они в загс побежали». Но это наговоры, мы с Сергеем никогда при живой Злате в кровать не ложились. А брак оформили потому, что неприлично посторонним женщине и мужчине в одной квартире жить, слухи поползут.

– Злые языки страшнее пистолета, – процитировала я известное литературное произведение, – сплетен вам избежать удалось. Но как вы общались с Элей?

– Я сохранила тайну, выполнила клятву, данную Злате, – сказала Тельма.

 – Сергей ничего не знал, но он ненадолго жену пережил, очень тосковал по ней и Жанне.

После смерти отца девочки перестали изображать любовь друг к другу. Похоже, Тельму они не считали за человека, поэтому скандалы и бурные выяснения отношений стали в семье Лукашиных привычным делом. Потом Нина познакомилась с симпатичным лейтенантом, в шестнадцать лет выскочила за него замуж и уехала из Москвы. В каких краях падчерица находится сейчас, Тельма не знает, она не переписывалась с воспитанницей.

Эля прибилась к каким-то музыкантам и стала петь в ресторанах. Тельме очень не нравилось ее поведение, и она без устали повторяла:

– Не дело это – по кабакам таскаться, ты ведешь жизнь проститутки: днем спишь, ночью голая прыгаешь.

Один раз Тельма, вернувшись домой, нашла записку. В ней была всего одна фраза: «Проститутка ушла, живи счастливо. Эля».

Последней от мачехи сбежала Светлана, у той после кончины Златы выявили эпилепсию, и девочка долго скиталась по больницам.