Я думаю, что пострадавший все-таки заявил в полицию."

"— Это ерунда, я хотела бы обратиться к тебе совсем по-другому вопросу.

Я подошла ближе и открыла заднюю дверь машины. Лысый полулежал, прислонившись к другой двери, и смотрел куда-то вдаль широко раскрытыми глазами. Натка уткнулась в переднюю панель и сидела обхватив руками голову. Марат с ужасом посмотрел на лысого и тихо сказал:

— Это Костик.

— Правильно говоришь.

— Одна из шестерок Григорича.

— Точно.

Марат перевел взгляд на Натку. Натка не двигалась, наверное, она даже не слышала наш разговор.

— Это кто?

— Моя подруга.

— Она живая? — Да.

— Что-то не похоже.

— У нее шок.

— Кто его убил?

— Мы.

— Понятно. Я думаю, если вы его убили, то на это были причины.

— Тебе хороню известны эти причины.

— Ирка, ты ненормальная. Лучше бы я отправил тебя на родину. Брось машину, и все. Пусть ее найдет полиция вместе с трупом.

— Это невозможно.

— Почему?

— Потому что тут кругом мои отпечатки пальцев. Потому что я угнала машину у человека, который меня знает.

— Как это?

— Я угнала машину прямо на его глазах. Если машина зарегистрирована на его имя и полиция найдет в ней труп, то она без труда выйдет на владельца.

Владельцу машины незачем меня выгораживать, и он подробно опишет мои приметы. Меня найдут. Нужно избавиться от трупа и вернуть машину владельцу.

— Как ты хочешь вернуть машину?

— Поставлю ее на прежнее место, там, где взяла.

— Ты ненормальная!

— Я это знаю. Помоги мне избавиться от трупа.

Марат заметно занервничал и опять закурил.

— Ирина, посиди в машине. У меня важная встреча.

— Как — посиди? С трупом? К машине в любой момент может кто-нибудь подойти. Я не могу ждать.

— Ирина, у меня важная встреча.

— Все твои дела никуда не денутся. Мне казалось, что я важнее. Я опять ошиблась?

— Послушай, ты сумасшедшая. Ты скоро перебьешь всех людей Григорича!

— А что мне делать? Я попала в беду. У меня нет ни денег, ни документов, ни друзей, которые бы мне помогли. Я не могу отсюда вырваться, пойми! Ты прекрасно знаешь, что я не проститутка. Просто тут, в Токио, мне пришлось почувствовать себя тварью, дерьмом, дрянью. Помоги мне избавиться от трупа и попасть домой! Мне и моей подруге. Я понимаю, что мы не можем быть вместе, да я и не хочу.

Я не могу связать свою судьбу с человеком, который живет, соблюдая какие-то дурацкие условности: так положено, а так не положено. Я прошу тебя об одном: о помощи. Помоги мне вернуться домой и начать жить заново. С этой болью, с этой бестолковой любовью, которая не принесла мне ничего хорошего, кроме горечи и разочарования. Ведь нам было не так плохо вместе.

— Ирина, я обязательно тебе помогу, но я не могу бросить все и решать твои дела.

— Почему?

— Потому что сначала я должен решить свои. Сиди тут и жди меня.