Гад! Стопроцентный, нет, двухсотпроцентный гад!

— Мы вполне успешно играли влюбленных на расстоянии. Думаю, стоит продолжать в том же духе. — игнорируя реплику про улыбку, говорю я.

— Позволю с тобой не согласиться. Нам срочно нужны перемены в отношениях, больше нежности. Может, вернём милую и дорогого? Или дорого и милую? Тебе как больше нравится?

Откровенно издевается, ладно.

— Как насчёт сладенького?

Кривится, значит ещё не всё потеряно, предпринимаю попытку закончить все миром.

— Слушай, там же в куче контрактов наверняка должен быть пункт про дистанцию или что-то в таком духе?

Да-да, совершенно точно помню, что насиловать босса мне нельзя. Интересно, а ему меня?

Смотрю на мужчину с надеждой, ну давай же, нам ведь не по пятнадцать лет!

— В контрактах? Что-то не припомню такого пункта…

Трехсотпроцентный гад!

Ну ладно…

Улыбаюсь максимально широко, а затем чуть тянусь к боссу, приподнявшись на носочки.

— Вот и прекрасно, сладенький!

Наслаждаюсь выражением лица шефа, который наверняка думает над достойным ответом. Жаль, что зря.

— А вот и мы! — сообщает Игорь.

— Успели заскучать?

— Было не до скуки! — не стягивая с лица свою лучезарную, отвечаю за двоих.

Валерия с улыбкой качает головой:

— Эх, молодежь!

— Автомобиль подан! — сообщает, к несчастью, пришедший в себя Сергей Дмитриевич. — Отправляемся в отель?

Предложение принимается единогласно. Несмотря на наличие в микроавтобусе премиум класса восьми мест, боссу удается зажать меня и там. Кажется, мы дошли до четырехсотпроцентного гада.

А затем шеф с легкостью перепрыгивает через тысячу, когда с улыбкой сообщает.

— У вас двести шестой, а мы будем в двести восьмом!

И уже в номере, когда мы оказываемся вдвоем, с притворной обидой сообщает.

— Ну ты же понимаешь, если бы мы жили в разных, это вызвало бы кучу подозрений.

— Да ничего страшного, переночуешь на диване.

Шеф смеется.

— Ну уж нет, сдавать кровать без боя я не намерен. И вообще, зачем кому-то уходить на диван?"

"Вместо ответа просто отмахиваюсь, хотя, признаюсь, хочется показать совсем другой жест. Забираю свою сумку, расстегиваю, достаю чистую одежду, а затем поворачиваюсь к Сергею Дмитриевичу.

— В душе тоже компанию мне составить хочешь? — разыгрываю полную невозмутимость.

Босс на секунду вскидывает бровь, но практически сразу берет эмоции под контроль. Но я-то успеваю заметить это мгновение слабости. То-то же! Мысленно торжествую.

Недолго, правда, торжествую.

— А ты приглашаешь? — снова эта кошачья улыбка. Поломать бы ему улыбальник!

Бесит моментально. Уходят почти все силы на то, чтобы сдержаться.

Мысленно посылаю босса и грозно заявляю: «Не дождешься!», а вслух как можно более ровно:

— Не заслужил. Может быть как-нибудь в другой раз.