— Ты тоже?

— И я, — не стал отрицать супруг. — За редким исключением. Я знаю, когда стоит остановиться. И не втягиваю в свои игры человеческих девушек.

Я кивнула, принимая ответ. Во всяком случае, Себастьян был честен со мной.

— И какова цель твоей матери? Тебе известно, чего она хочет?

— Известно, — кивнул он и припечатал: — Внуков. Моя мать давно мечтает о внуках.

Смеялась я громко и долго. До слез. Ну еще бы, такая смешная шутка, обхохочешься. Впрочем, супруг моей радости не разделял. Сморгнув слезинки, я посмотрела на него, и улыбка сама собой растаяла от сурового вида.

— Ты ведь шутишь, — не очень уверенно произнесла я.

— А есть сомнения?

Если честно, то да, сомнения имелись. И чем дольше я на него смотрела, тем тверже убеждалась, что Себастьян абсолютно серьезен."

"— Этого не может быть. Нет, я не так выразилась. Я не удивлена, что твоя мать хочет внуков. Но она не может хотеть, чтобы я стала их матерью.

— Я бы не был так уверен.

— Но я человек! — почти выкрикнула я.

— Поверь, ей это известно.

— От союза мага и человека рождаются ослабленные в магическом плане дети. Иногда вообще без дара, — продолжала напирать я. — Вряд ли она жаждет неполноценных внуков, от которых все отвернутся.

— Ты говоришь так, словно я собираюсь прямо сейчас тащить тебя в спальню для производства потомства, — с досадой заметил Себастьян. Похоже, у меня на лице промелькнуло что-то такое, что заставило его поспешно добавить: — Я пошутил.

— Угу, — кисло улыбнулась я.

— Просто ты не знаешь мою мать…

— Только не говори, что она член СОРМИЛ, — хмыкнула я, покачав головой.

«Союзное общество равноправия магов и людей» — СОРМИЛ — возникло пару лет назад. Как видно из названия, группа энтузиастов пыталась сократить пропасть между магами и людьми, а для вторых добиться определенных льгот и привилегий. С моей точки зрения, они занимались абсолютно бесполезным делом, если учитывать, что у власти всегда были, есть и будут маги. А кто же захочет добровольно делиться ей с заведомо более слабыми существами? СОРМИЛ не трогали, гонений не устраивали и вообще относились к ее членам, как глупым детям, которых никто не воспринимал всерьез, но оставлял смеха ради.

— Думаю, до этого не дошло. По крайней мере, мама не замечена в симпатии к ним.

— Тогда с чего ты взял, что она хочет от меня внуков?

— Потому что она уже лет десять твердит мне об этом, — устало вздохнул Себастьян. — Начала сразу после гибели отца.

Я заставила себя поумерить пыл.

— Прости. Мне очень жаль.

— Наверное, стоит рассказать тебе кое-что о моей семье. Ты в курсе, что маги очень поздно связывают себя узами брака?

— Незачем спешить, когда способен прожить почти две сотни лет, — кивнула я.

— Вот именно. Детей у магов рождается мало. Один-два, очень редко три.