Так что нужно как следует подготовиться.

Тяжелый внедорожник уже стоял у дверей Гильдии. Санни загружал в багажник длинные щупы и концентраторы толщиной в мою руку, а Акила стояла, опираясь на дверь, и задумчиво рассматривала небо.

Я тихо подошла и стала рядом, даже не здороваясь. Акила, работавшая в Гильдии уже двадцать лет, была ведьмой с далекого архипелага Герингтон. А ведьмы – раса своеобразная. Одни женщины, они внешне очень были похожи на обычных людей, но каждая ведьма имела во внешности что-то, что выделяло ее среди остальных. Наша Акила к бронзово-смуглой коже и ярко зелеными глазами могла похвастаться маленькими, в полпальца, рожками, которые прятались в копне густых каштановых волос.

Ведьмы управляли силами природы. Создавали амулеты и варили зелья, повторить которые не могли обычные маги. Ведьмы-Чистильщицы же встречались очень-очень редко. И для Гнили у них находились свои уловки. Поэтому на полевых выездах, вроде сегодняшнего, Акила была просто незаменима.

– Как настроение? – Она наконец опустила глаза и посмотрела на меня.

– Рабочее, – спокойно пожала я плечами.

– Это хорошо. Надеюсь, нам не придется торчать в том лесу слишком долго.

– Почему?

– Раненая Гнилью природа, она… плачет, – ведьма чуть прикрыла глаза. – И мне больно чувствовать этот плач.

– Надо же, – пробормотала я растерянно.

Сколько уже знаю Акила, но она никогда мне об этом не рассказывала.

– У меня все готово. – Санни захлопнул багажник. – Можно ехать.

Макушкой ощутив чужой взгляд, я подняла голову и увидела в окне второго этажа Лакса. Поняв, что его заметили, начальник улыбнулся и кивнул, безмолвно желая удачи. Я улыбнулась в ответ и села в машину.

– Что нового слышно, Сола? – спросил Санни, когда мы уже выехали из города.

Я только вздохнула. Гнилой Честер Ков не остался тайной для коллег. В понедельник Лакс собрал совещание, где рассказал всем об этом случае и выдал новые инструкции. Теперь любой очаг Гнили без Свища, даже самый мелкий, будет изучаться Чистильщиками со всех сторон.

– Нового пока ничего, – честно призналась я. – Все, что осталось от Кова – это просто прах, не давший нам ничего полезного. Тагриан Даэр уехал. Так что я даже не представляю, что делать дальше. И стоит ли вообще делать. Может мы больше никогда не услышим ни о чем подобном.

– Мне кажется, услышим, – медленно покачала головой Акила.

– Почему?

Женщина задумчиво помолчала, а потом ответила:

– Это не могло произойти просто так. Гниль противна живому. Наш мир сам бы мог отторгать ее, но ему не хватает сил.

– Не хватает сил? – удивился Санни.

– Стороны равнозначны, – загадочно ответила Акила. – Та и Эта.

– Думаешь, правы те, кто говорит о двух полярных мирах, соприкасающихся друг с другом? – нахмурилась я.

– Возможно.