– Я все расскажу

Она немного помолчала и начала говорить:

– С Арном Кулиджем я познакомилась десять лет назад, в Обертоне. Пришла устраиваться администратором в клинику, где он работал. Меня взяли, а через полгода у нас закрутился роман. Тогда я еще не понимала, каким человеком он был.

– Что вы имеете в виду? – поинтересовался лен Илви.

– Он был психопатом. Не умел испытывать эмоции, не умел привязываться, любить. Считал себя самых исключительным и важным, а остальных людей – всего лишь фигурками, с которыми можно играть. Но прекрасно умел притворяться.

– С чем было связано его увольнение?

– С пациентами. Арн не лечил их, а… играл с ними. Ему нравилось находить страхи и слабости людей. Бить по болевым точкам, заставлять пациентов делать то, что ему нужно. Когда одна женщина чуть не выпрыгнула из окна, это открылось и Арна быстро уволили. Он уехал в Келтон, отсюда была его бабушка. А я поехала за ним. Из любви. Тогда я его еще любила, несмотря ни на что.

Она замолчала, переводя дыхание, и потом продолжила:

– Мы прожили здесь совсем недолго, когда у Хартингтона умерла жена. То есть, нам сообщили, что она умерла. А для Арна такие случай – как мед для мух. Он втерся в доверие к Хартингтону и стал работать с ним. Но решил, что здоровым тот полезнее, чем сумасшедшим, и действительно помог ему. В некотором смысле помог. Хотя я не считала здоровым человека, который прячет в подвале полутруп жены в надежде на чудо. Но Хартингтон хотя бы не пытался повеситься.

– Я так понимаю, что идея поместить супругу в стазис появилась у лена Хартингтона еще до знакомства с вашим… другом?

– Да. Когда ей стало совсем плохо, Хартингтон оборудовал в подвале палату, приволок туда стазисную капсулу и уложил в нее жену. Официально заявил о том, что она умерла и даже построил склеп. Но в склепе покоится только их ребенок, тот самый. Преждевременные роды не спасли ни его, ни мать.

Я со свистом втянула воздух. Даже представить такое сложно.

– В общем, Арн убедил Хартингтона, что тот все сделал правильно, и его жена когда-нибудь получит шанс на выздоровление. А через некоторое время в Келтон приехал Ник Мерторн.

– Вы были знакомы раньше?

– Нет. Но они с Арном быстро нашли общий язык. И общую идею. Как я поняла, Мерторн долгое время пробыл в очаге Гнили, и она что-то сдвинула в его голове. Он решил, что это не зараза, от которой нужно избавляться, а нечто, что может сделать обычного человека по-настоящему великим. Подарить ему силу. Новую суть. Новую душу.

Хотя в голосе Саманты Стэнтон явственно слышался сарказм, меня все равно передернуло. Гниль и величие? Какая смешная шутка. Да, видимо, Мерторн и правда двинулся, сидя в очаге.

– Мерторн разыграл собственную гибель, чтобы его оставили в покое, и тайно приехал в Келтон.