Из всей местной закуски он предпочитал столичный салат и тонко нарезанный лимончик. Все это Кармазин прихватил сразу с барной стойки. Изредка, когда денег было в достатке, капитан заказывал что-нибудь мясное: свиную отбивную с жареным картофелем или ростбиф со сборным гарниром.

Нырнув в полумрак зала, он легко отыскал свободный столик. Усевшись, оглянулся по сторонам. В зале было накурено, стоял гул из полупьяных голосов.

За соседними столиками отрывались разношерстные компании. Станислава никто не замечал.

«Ну и хорошо, – отметил он, опрокидывая в себя первую рюмку. – Мне лишнее внимание ни к чему».

С каждым глотком алкоголя возвращался тонус, тело обретало гибкость. Он уверенно ступал по проторенной дорожке, где знал каждую кочку и каждый приямок.

Спустя четверть часа его окружали приятные и почти родные лица. А когда бутылка наполовину пустела, уже казалось, что он вообще никогда с ними не расставался.

Опустошив первую бутылку и покончив с закуской, он отправился в туалет."

"Гальюн в ресторане был общим и очень маленьким, а потому возле него всегда стояла очередь из двух-трех человек. Сегодня в кабинку вместе с ним прорвалась пьяная бабища с внешностью страшнее фотографии в паспорте и закаленная глубоко пьющим мужем.

– Я первая, – подобрав юбку, плюхнулась она на унитаз.

От такой наглой бесцеремонности, от сплошного моветона и упадка нравов Кармазин даже забыл, что нестерпимо хотел по-маленькому.

На некрасивом лице под излишками косметики блуждала похоть, а в мутных глазах плескалась смесь из шампанского, дешевых коктейлей и еще бог знает чего.

Женщина ждала от него активных действий, но Станислав был не настолько пьян, чтобы позариться на эту «красавицу». Деликатно отвернувшись, он ждал свой очереди…

– Хочешь, я уйду из ресторана с тобой? – вдруг предложила она сиплым голосом. И через секунду добавила: – И буду твоей.

– Послушай, крошка, – взглянул на нее через плечо Кармазин, – тебе известно, что порядочная девушка обязана перед свадьбой восстановить девственность или хотя бы вылечить гонорею?

Сделав свои дела, та фыркнула и гордо покинула сортир, со всей дури хлобыстнув об косяк дверью.

«До чего же здесь душно!» – ополоснув руки над раковиной умывальника, отправился он обратно в зал.

– Серж, будь любезен – организуй еще водки и салатик, – завернул Стас к стойке.

– Момент! – ловко подхватил тот запотевшую бутылку. – Держи…

* * *На краю обширной, слегка пологой поляны, вокруг которой вытянутой дугой располагался лагерь, уже поджидала толпа чеченских боевиков. Полевой командир по прозвищу Араб – хмурый кавказец с седыми прядками в черной бороде – привычно устроился на траве меж двух высоких деревьев.