Но все трое даже с места не двигаются и уклониться не пытаются, а шары пролетают мимо.

– Что-то вы сегодня медленно, магистр, – усмехается Фергус.

– Это чтобы Амелия успела рассмотреть, – поясняет ему Джер.

До завтра мне точно этого не освоить.

Айленгор отпускает нас на ужин, а потом всё начинается заново, пока я окончательно не сдыхаю. Парни тоже устали, но явно меньше меня.

– Р-разошлись, – наконец командует магистр. – Амелия и Кестер, задержитесь.

Джериан и Фергус с готовностью покидают полигон.

– Вы серьёзно, магистр? – не выдерживает Кестер, когда мы остаёмся втроём.

 – Вы и так её вымотали до предела. На что она завтра будет способна?

Магистр хмыкает:

– О! Не беспокойся, мальчик, вы сами не знаете, на что способны. Как ты себя чувствуешь, Амелия?

– Отлично, – упрямо твержу я, еле ворочая языком.

Ещё мгновение, и я просто стеку на землю тут же, где стою. И, когда рука Кестера обнимает меня за талию, я впервые не шарахаюсь в сторону, а напротив, прижимаюсь к нему в поисках опоры.

– Теперь главное, Амелия, – продолжает Айленгор, не желая замечать моего состояния. – Ты, как большинство целителей, привыкла отдавать, а не брать.

Вспоминай ощущения, когда ты вытянула магию из огня для кругового щита.

– Оно само получилось.

– Получилось один раз, получится и в сотый, – безжалостно заявляет Айленгор.

– Но тут нет огня.

– А разве это единственная стихия?

– Вода, земля… воздух? Но это же просто теория.

– Да? А ты расслабься.

Пожалуй, это единственное, на что я сейчас способна. Вот напрячься – это не ко мне. Закрываю глаза, продолжая опираться на Кестера.

Прохладный ветерок обдувает моё разгорячённое лицо.

– Изо всех стихий под руками у тебя всегда Воздух, – словно издалека доносится голос Айленгора.

 – Впусти его.

Мне не надо стараться. Ветер усиливается, словно и он подчиняется требованиям магистра. У меня внутри настолько пусто, что усилий не требуется. Просто убрать последнюю преграду: крохотное внутреннее напряжение, которое защищает от внешних вторжений так же, как кожа защищает физическое тело.

Приятная прохлада наполняет солнечное сплетение, а затем растекается по всему телу. Некоторое время мы с незнакомой воздушной стихией существуем отдельно друг от друга. Потом я её принимаю.

– Вы нас такому не учили, магистр.

– А она отличается от вас. – В голосе Айленгора я слышу удовлетворение. – Есть магические приёмы, доступные только женщинам-магам.

Я не очень понимаю, о чём он, но мне становится хорошо. Я становлюсь лёгкой, как окружающий меня воздух, и чувствую в себе готовность отразить ещё хоть тысячу магических ударов.

Но слова Айленгора возвращают меня на землю.

– Всё, Кес, больше никаких тренировок. Провожаешь её в общежитие, и больше никаких попыток сегодня работать с магией.