И он действительно прозвучал: микрофон, которым был снабжен Максим Юрьевич, четко фиксировал каждое слово.

Дверца «Тойоты» приоткрылась, и из нее показался Фоменко. Он был в костюме, правая сторона которого слегка оттопыривалась.

— Вооружен, — проговорил Каспаров, покачав головой. — Ох, нехорошо это! Может пальнуть в любой момент. Придется вмешиваться раньше, чем нужно.

— Ничего, — успокоил Крячко. — У нас и так доказательств много. А на Измайлове бронежилет.

— А если в голову?

— Успеем среагировать. — Крячко был опытным оперативником, и его не пугали подобные последствия. Он был готов к ним.

Спустя пару минут подъехал и Измайлов на своем «Вольво». Увидев Фоменко, он вышел из машины и направился ему навстречу. Оба обменялись приветствиями, но не рукопожатиями.

— Деньги при вас? — с ходу начал Измайлов.

Голос его, к облегчению оперативников, звучал достаточно твердо.

— Понимаешь, какое дело, — заговорил Фоменко. — Сумма, которую ты назвал, просто нереальна. И собрать ее невозможно. Ты что же думаешь, я с чемоданом денег стану по городу разъезжать? И вообще, подобные дела так не решаются. За что, собственно, я должен тебе платить?

— Я знаю, что ты убил Рожкова, — сказал Измайлов, — и готов сообщить это полиции. Но не нашей, а московской. Мне доказательства не нужны — это пускай они ищут. Мне достаточно того, что я знаю.

— Откуда? — взвился Фоменко. — Откуда ты можешь знать?

— Лапина сказала, — спокойно ответил Измайлов. — Ей-то точно известно.

— Да ты врешь! — засмеялся Фоменко. — Лапина меня ни в жизнь не сдаст.

— Сдала, — усмехнулся Измайлов. — Когда саму прижало. Ее московский опер расколол.

— Врешь! — Лицо Фоменко исказилось яростью. Он сделал шаг к Измайлову и схватил его за ворот пиджака, туго стянув его. — Скажи, что врешь!

— Не вру, — просипел Измайлов.

Рука Фоменко скользнула к правому карману, но тут вдруг послышался громкий голос:

— Руки на голову!

Фоменко резко обернулся. Из-за валуна показались вооруженные оперативники. Он смотрел на них во все глаза, но руку не отпускал.

— Поднимите руки, Владимир Григорьевич, — сказал полковник Каспаров. — Не делайте глупостей.

Фоменко выдернул пистолет из кармана и, размахнувшись, швырнул его в море. Послышался плеск воды. Повернувшись, он в три прыжка достиг своей машины и включил мотор. «Тойота» сорвалась с места и помчалась по побережью. Однако ехать Фоменко пришлось недолго: из-за встречного валуна показалась вторая оперативная машина, со стороны дороги спускалась третья.

— Ну вот, — произнес Станислав Крячко, подходя к бледному Измайлову и хлопая его по плечу, — все и закончилось."

"Максим Юрьевич часто дышал. На его шее отпечатались следы от пальцев Фоменко, но в глазах светилось облегчение.