Если честно, я была уверена, что его вообще уже нет в Приморском. И вдруг сегодня он мне позвонил! — воскликнула Лапина.

— Вот как? — тут же заинтересовался Гуров. — Когда?

— Да буквально часа полтора назад! Я удивилась, конечно, стала спрашивать, где он и что, а он сказал, что нам нужно встретиться, потому что разговор не телефонный. Ему нужно все объяснить, на самом деле денег он не брал, его просто подставили.

— Это он назначил вам место встречи здесь, у себя на даче?

— Да, он. Хотя я предлагала встретиться в городе, но он сказал, что вынужден скрываться и все объяснит при встрече.

Несколько раз повторил, что не виновен в присвоении денег.

— И вы поверили?

— Но он же обещал нам заплатить! — с жаром проговорила Лапина.

— Что, простите?

— Ну, он сказал, что готов выплатить нам деньги — те, что в счет зарплаты! А мне сейчас как раз очень деньги нужны, да и вообще, они же мои законные, заработанные!

— Ну, понятно. Расчет был простой — на вашу жадность, — кивнул Гуров. — Это очень распространенный ход. Если хочешь назначить с кем-то встречу или просто отыскать человека, лучший способ — сказать, что хочешь дать ему денег.

Ни один человек не в состоянии устоять перед таким соблазном. Он сам хочет в это поверить и начинает убеждать себя, что это так. Ну, скажите, — усмехнулся Лев, — если Рожкову грозит опасность, если он вынужден скрываться, то станет ли выдавать себя только потому, что ему позарез хочется выплатить вам зарплату? Уж, наверное, он сперва решил бы собственные проблемы! Ведь его легко могли засечь. К чему такая спешка? Угрызения совести замучили?

— Теперь, когда вы все так разложили, это и впрямь кажется мне притянутым за уши, — потупившись, тихо проговорила Наталия.

 — Но Рожков говорил так убедительно! — Она жалобно посмотрела на Гурова, и полковник махнул рукой:

— Давайте дальше!

— В общем, я приехала. Никого не было видно, но ворота были открыты. Я вошла и стала звать. Никто не ответил, и я прошлась по двору. И в этот момент меня сзади схватили за горло! — Наталия передернулась, вспомнив пережитые ощущения. — Ох, прямо мороз по коже. Кажется, сейчас мне даже страшнее, чем в тот момент.

— Нет, не страшнее, — чуть улыбнулся Гуров.

 — Это вам только кажется. Страх прошел, а сейчас просто пошла эмоциональная реакция на него. Так что же? Это был Рожков?

— Да! Он схватил меня сзади и зажал рот рукой, сгреб в охапку и потащил в этот сарай! Я пыталась сопротивляться, вывернуться, ударить его ногой, но только одежду порвала. Затем он впихнул меня в дверь, толкнул на пол, я сразу упала… А он заткнул мне рот какой-то тряпкой и стал связывать — сначала руки, потом ноги… После этого запер сарай и вышел.