— Профессор, — она кивнула, не сдерживая улыбки.

Странно ли улыбаться над трупом коллеги?

Но Йен приблизился к Тэссе, раскинув руки для объятий. На секунду замешкавшись, она позволила его старческим рукам коснуться своих плеч и спины, ощутила мягкое похлопывание ладоней.

— Я волновался за тебя, девочка моя, — добродушно пророкотал Йен и заглянул в монитор ее телефона. — Клайв, — сухим, официальным тоном приветствовал он и нажал на «отбой».

Тэсса, усмехнувшись, вернулась на поваленное дерево, чтобы не мешать экспертам работать.

— Я там потопталась немножко, — сообщила она им.

— Зря, — меланхолично отозвался один из них.

Вспышка фотокамер разрезала молочный утренний воздух.

Йен достал из небольшого саквояжа термос.

— Кофе? — предложил он, вдохнул полной грудью и сладко потянулся. — Интересно, что во всем Корнуолле засуха, а у вас практически потоп.

— Погода у моря вообще непредсказуемая, — нейтрально проговорила Тэсса.

— А вообще хорошо тут у вас, красиво. Море, горы…

— Кладбище с зомби, — поддакнула Тэсса и взяла у него небольшой походный стаканчик с кофе.

— Я голосовал против этого проекта, — Йен сел рядом с ней и вытянул ноги. Удивительно, но его ботинки оставались идеально чистыми. — Законодатели заявили, что горе разрушает человеческую психику и кладбища утешения должны снизить преступность. Как по мне, это величайшая иллюзия. Те, кто по ночам восстают из могил, никого не способны утешить.

— А что на этот счет говорит статистика?

— Статистика — лживая сука, которую можно подогнать под любые необходимые результаты, — улыбнулся Йен, — девочка моя, я же говорил об этом на своих лекциях. Лучше скажи мне, каково это — человеку твоего темперамента быть смотрителем кладбища?

— Смотрителем, шерифом и мэром, — поправила его Тэсса со смехом, — куда лучше, чем это кажется со стороны. Вы же помните первую заповедь инквизитора?

— Служить людям? Неужели?

— А что мне еще остается, профессор? Знаете, какой вопрос меня занимает в это туманное утро?

— Обвинят ли тебя в убийстве инквизитора?

— Кстати, — оживилась Тэсса, — если инквизиторы неподсудны, то что будет за убийство себе подобных?

— Вот и посмотрим, — Йен потрепал ее по волосам, как непослушную собачку, — создашь, так сказать, прецедент. Так какой вопрос тебя занимает?

— Способны ли инквизиторы любить? Ну, после всех экспериментов с подавлением наших эмоций — чтобы мы никого не боялись, никого не жалели, никому не симпатизировали. Вот мне и интересно — отличаемся ли мы хоть чем-нибудь от безмозглых зомби?

— Да вы тут философы, — восхитился Йен.

Мертвого инквизитора Дженифер Уэзерхил положили в мешок и увезли из деревни.