Она была одета в джинсы и футболку, ни рюкзака, ни сумки вокруг не было видно. Короткие волосы, некрасивое, резкое лицо, мускулы, берцы.

— Твою мать, — проговорила Тэсса, остановившись. — Как же это плохо, Эрл.

— Да понял я, — отозвался тот, — в следующий раз сообщать только тебе.

— В данном случае без разницы. Скоро здесь будет весь орден.

— Какой орден? — не понял Эрл.

— Тот самый орден, — мрачно ответила Тэсса и подошла к телу ближе, опустилась перед ним на корточки, — это инквизитор, милый мой.

— Разве их… в смысле вас, можно убить? — изумился Эрл.

— Всех можно убить, — огрызнулась она, — теоретически.

Тэсса склонилась ниже, ей не нужно было включать фонарик на телефоне, чтобы разглядеть цвет мертвого лица и кончиков пальцев, расширенные вены на шее и легкую пену на посиневших губах. Озадаченная, она осмотрела лужу морской воды, в которой лежала покойница, а потом встала и подошла к обрыву.

И как это можно утонуть в море на такой высоте? Не могли же ее принести сюда вместе с лужей?

У Тэссы было огромное искушение столкнуть труп с обрыва и сделать вид, что его никогда не существовало. Меньше всего на свете ей хотелось видеть в Нью-Ньюлине следственную команду из ордена. Но она знала, что это делу не поможет. И не только потому, что о покойнице уже знала вся деревня. А еще и потому, что убийство инквизитора — дело небывалое, и прямо сейчас весь орден поднимают по тревоге.

У действующего инквизитора прямая связь со своим куратором, и такое событие, как смерть или даже простое ранение, не останется незамеченным.

Тэсса еще помнила, каково это — никогда не чувствовать себя одинокой.

Поморщившись от отсутствия выбора, она вернулась к телу, сфотографировала его на мобильник и отправила снимок вместе с геолокацией на дежурный номер ордена.

— Иди домой, Эрл, — велела она сухо, — и успокой наших — напиши им, что покойница пришлая. А потом постарайся поспать. Скоро здесь будет шумно.

У нее уже трезвонил телефон.

— Да я теперь год не засну, — проворчал Эрл и растворился в темноте.

Тэсса вздохнула и ответила на звонок.

— Тарлтон, какого хрена? — раздался в трубке усталый голос. — У тебя вообще совести нет?"

"— Ну привет, Гарри, — уныло отозвалась она и села на поваленное вчерашним штормом дерево, — как ты думаешь, луна красная, потому что инквизитор умер, или инквизитор умер из-за красной луны?

Ее бывший куратор, неудачник Гарри Макмахон, не заметивший когда-то, как Тэсса сошла с ума, раздраженно фыркнул.

— Хорошо, что я больше за тебя не отвечаю, поэтому про свои лунные приливы или отливы ты Клайву расскажешь. Как они там на тебя влияют и почему потом мертвые инквизиторы появляются, — проговорил он с неприязнью. Срыв Тэссы его здорово потрепал.