Высокое окно скрывали опущенные жалюзи, сквозь прорези которых проникал слабый уличный свет, но в комнате было довольно светло и так, благодаря люминисцентной лампе, висевшей прямо надо мной без всякого абажура.

Пол, покрытый вытертым линолеумом, и стены с облезшей светло-желтой краской говорили о том, что помещение либо очень долго стояло безхозным, либо его хозяевам лень делать ремонт.

В любом случае, пан Бронич никак не вписывался в этот интерьер. Слишком уж дорого выглядел его пиджак, слишком начищенными - ботинки, а про часы я вообще молчу. Если это платина, то их стоимость вполне может быть несколько десятков тысяч долларов.

Нет, обладатель таких часов не будет вести дела в подобном помещении, он тут временный гость. Скорее всего, он специально снял какой-то дом за городом, подальше от жилья. Иначе почему мне рот не заклеили? Были уверены, что я не стану кричать? Или знали, что мой крик никого не привлечет? Скорее, второе. Если бы я только могла допрыгать до окна и выглянуть на улицу! Ну хоть через щелочку в жалюзи!

А с другой стороны - что это мне даст? Я же не у себя в городе, а вообще черт знает где! Ну Анджей!!!

Если бы я могла, то сейчас погрозила бы в пространство кулаком, а так только скрипнула зубами от бессильной злости и пообещала себе, что если выберусь отсюда живой, то эта сволочь лохматая у меня еще попляшет!

Дверь в комнату бесшумно отворилась, заставив меня слегка вздрогнуть.

Вошел Бронич, а вслед за ним еще один лугару. Теперь, когда головокружение прошло, я легко опознала волка по запаху. И он показался мне странно знакомым, вроде как я уже видела его, вот только не могла вспомнить где.

Новый персонаж держал в руках пластиковый поднос, на котором высились пара тарелок и стакан, наполненный розоватой жидкостью.

От подноса поднимался вверх легкий парок, несущий с собой обалденные ароматы жареного мяса, сливочного масла и сдобы. К ним примешивались запахи фруктов и черного хлеба.

- Видишь, я могу быть добрым! - заявил Бронич с ноткой самодовольства, когда его подчиненный поставил поднос на стол и с легкостью пододвинул к нему кресло вместе со мной. - Ешь, я не хочу чтобы ты сидела голодная.

- И откуда такая забота! - неожиданно вырвалось у меня язвительное замечание.

- Считай, это инвестиции в будущий многомиллионный проект, - хохотнул он.

- Феликс, развяжи ей одну руку.

- Какую, пан?

- Левую.

Он явно издевался! Но я молча проглотила готовые сорваться с губ ругательства и подождала, пока этот Феликс распутает веревки на левом запястье. Потом подняла руку, подвигала ею, радуясь тому, как быстро затекшая конечность восстанавливает работоспособность. Несколько раз сжала и разжала пальцы, покрутила кистью. Вроде, кровь побежала по жилам быстрее, возвращая чувствительность нервным окончаниям.