А Люська решительно поднялась с дивана, резко отодвинула протянутые мною деньги и четко и стремительно зашагала на выход, так, будто не в ближайший ларек за бутылкой спешила, а на кафедру свою в универ - философам своим лекцию читать!

Ирина крикнула вдогонку:

- И шоколадку мне купи с орешками!

- Перед тобой я вообще-то ни в чем не провинилась!

- Так в качестве жеста доброй воли или просто из любви к подруге! Не выделывайся, кандидат, блин, наук!

Люська ушла. А Ирина, на правах моей самой близкой подруги встала из-за стола, обняла меня за плечи, положив подбородок на макушку:

- Женька, поверь моему опыту, если он пробился через твой черепаховый панцирь, если сумел разглядеть тебя, ту, которая там, под ним находится, если он хотя бы вполовину такой, как вы с Маруськой нам описываете, он позвонит. Обязательно.

- А вдруг он решил, что я - легкомысленная, доступная, ветреная? Вдруг подумал, что я его так просто на другого променяла? Целый день звоню, и сейчас рука тянется к телефону. А он не берёт!

Мои губы, как я не сдерживалась, все-таки задрожали и слезы, закипевшие на глазах, защипавшие где-то в носу, готовы были политься, побежать по щекам.

- Терпи! Терпи, неудачница ты моя! Все наладится! Все еще бу...

Ирина не договорила, потому что через приоткрытую дверь - Люська, уходя, видимо, закрыла неплотно - вдруг послышались голоса, приближающиеся к квартире. Один, Людмилин, неуверенный и ошеломленный, а второй... нет, я не узнала сразу. А потом, когда уже узнала, не поверила. И только когда обладатель голоса зашел вслед за Люськой в мою квартиру, продолжая что-то тихонько ей рассказывать, я поняла, кто это. Вскочила. Заметалась по комнате, не понимая, что делать и за что хвататься, и как? Как он мог оказаться здесь? Я буквально кожей ощущала изумленные взгляды молчащих подруг. Потом, не смея сделать вдох, как если бы от этого он мог исчезнуть, раствориться в воздухе, сделала робкий шаг к прихожей и застыла изваянием не в силах поверить!

Он сам шагнул на порог. Почему-то бросилась в глаза темная щетина на подбородке, усталость и тревога в глазах, и только потом - спортивная сумка на плече. И прежде чем сделать движение мне навстречу, Саша придирчиво осмотрел меня с ног до головы, как если бы был доктором и сейчас  проводил осмотр пациента.

Я наконец-то отмерла. Рванула с места и повисла на нем, как обезьянка. Обхватив руками и ногами. И он приподняв, и прижав к себе, ласково гладил по голове и целовал, целовал в щеку, в шею, в волосы, совершенно не обращая внимания на моих девчонок...

34.

Тот факт, что Женя не приглашала и не ждала этого мужика, я просек сразу. Ну не стала бы она мне звонить, если бы с ним хотела встретиться! И неподдельное изумление на ее лице было тому доказательством. И страх...