Вспомнилось, как она здесь ерзала верхом, скрипя коленкой по кожаной обивке, как мучительно сладко ныли мышцы пресса наутро. Как от нее пахло…

Жалко было, что ушла.

Но к лучшему.

Упала смс: «Есть такая. Лежит в отделении патологии роддома. Адрес дать?»

«Нет».

Сказала же, что аборт сделает.

Дура.

Что ей в голову ударило: оставила ребенка от любовника в ее годы. Обиделась, гордая. Когда признавалась, боялась, но говорила, а в глазах надежда. Девочка, в голове сказки, жизни не видела. Либо случится что-то, что вырвет ее из розовых фантазий, либо по удачному стечению обстоятельств этого не произойдет, и она счастливо проживет жизнь, уверенная в правильности своей картины мира.

Будет потом ребенку байки про папу-военного рассказывать, свято убежденная, что все правильно сделала.

Дура."

"Он завел машину, и вырулил к дороге, зажав свежую сигарету в углу рта. С Диной лоханулся. Не скрывал, что к ней неравнодушен, кто ж знал, что так жизнь вырулит. Ради нее и пытал, и убивал, если нужно было. Когда ее беременную в заложники взяли, все знали, что Ремисов ее защищает, и руки у него развязаны. Да много кто это знал. И как освободился, первым делом к ней поехал, на ее дочку посмотреть. Она писала, дочь не от него. Как будто ее мудак дал бы написать правду, будь иначе. Но Дина не обманула: девочка оказалась беленькой, не его масти. Долго на ноябрьском ветру стоял — на набережной у реки ветер сильнее. Не мог уйти. Смотрел, что из загнанного зверька, юной девочки, ласточка стала взрослой женщиной. Роскошной и красивой дорогой, настоящей красотой. Как она изменилась. Навсегда чужая.

Любимая.

Одержимость ею сыграла против.

Но Дина не здесь и достать ее не просто, в отличие от Лены. Слухи, что она залетела, разбежались во все стороны. У него слишком много врагов, чтобы это игнорировать.

Отличный рычаг давления — беременная девушка.

Он скрипнул зубами.

Дура наивная. Легкая, мечтательная, нежная.

Пусть так и будет. Пусть остается счастливой.

В роддом горели окна на первом этаже, выше — только тусклый свет в коридорах. Он остановился подальше и укрыл машину в темноте, чтобы не привлекать внимание охраны. Лезть туда не стоит. Поднимут шум. И ей не стоит его видеть, неизвестно, что ей наболтали люди Ковалева.

Андрей проверил оружие. Стройные пальцы вставили магазин, прикрутили глушитель.

Ночевать придется здесь: на пустой желудок и выспаться не получится, за ночь придется менять позицию.

Как же с ней было хорошо в постели — не только трахаться, спать. Пока женщина рядом, кошмары приходят реже.‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Глава 16

— Старайтесь поменьше волноваться, — заключила врач, протягивая выписку.