"

"«А ты, Шурик, воображаешь, что все лавры одному тебе достанутся, — ядовито подумал Мещерский, глядя вслед поспешавшему к отделу оперу. — Чужими руками да жар загребать, нашими с Вадькой руками… Жулик несчастный! Впрочем, в домашней обстановке этот фрукт гораздо симпатичнее смотрится, чем в своем милицейском официозе. С Натальей-то этой у них роман… Она на него влияет благотворно. При ней у него даже рожа не такая самодовольная. Да, женщина хорошая — умница, нежная, правильная женщина. С такой даже этому разгильдяю придется измениться к лучшему. А если еще и ребенок появится… Ребенок…» Он неотрывно смотрел на серый растрескавшийся асфальт за стеклом «Жигулей», покрывавший площадку-плац перед облупленным зданием ОВД.

Сквозь щели в асфальте кое-где пробивались пучки травы.

Осень словно и не коснулась их своим дыханием — травинки были зелены и свежи и подрагивали на ветру.

Глава 38

ДОМОТКАНЫЕ ПОЛОВИКИ

А в доме над озером их ожидали важные новости — помощник прокурора Пастухов привез постановление о заключении под стражу Петра Новлянского (как позже оказалось, подписанное областным прокурором после долгих дебатов на совещании у куратора из Генеральной прокуратуры).

Об аресте Пита Кравченко, Сидорову и Мещерскому сообщила Александра Порфирьевна. Как гигантская бабочка в парусящей на ветру, точно крылья, черной вязаной шали, подлетела она к машине и запричитала, заплакала:

— Петеньку, Петеньку забирают, да сделайте же что-нибудь, ради бога, да помогите же, да разве это он?! Я же его мальчишечкой еще маленьким.., он всегда такой добрый, такой ласковый был… Он же ни в чем не виноват! Не отнимайте у меня еще и его! — И столько муки слышалось в ее дребезжащем голосе, что Мещерскому стало до боли жаль эту тихую хлебосольную старуху.

«Петька с Алиской выросли на ее руках, они ей во внуки годятся, да они и есть ее внуки — столько лет вместе…»

Сидоров удалился на северную террасу для конфиденциального разговора с прокуратурой (Пастухов явился на дачу в сопровождении трех оперативников и был настроен чрезвычайно решительно). На этот раз он сумел настоять на своем:

— Они все не признаются сначала, — бросил он оперу напоследок. — Вы, Александр Иванович, лучше моего это знаете.

Мы не имеем права бездействовать. Сегодня утром снова звонили из Москвы. Они требуют разъяснений, позитивных результатов, реальной отработки выдвинутых нами версий.

Сам Новлянский отнесся к задержанию внешне спокойно. Громко заявил ледяным тоном, что настаивает на приглашении своего адвоката.

— Свяжись с Анатолием Павловичем, пусть выезжает сюда немедленно, — приказал он Файрузу, Мещерский поинтересовался впоследствии, кого Пит имел в виду, — секретарь назвал фамилию адвоката.