В солнечном сплетении печет от переизбытка чувств. — Потом я выслушал десятиминутную нотацию о том, какой я отвратительный спортсмен, — продолжает свой рассказ Шахов. — Везти меня на чемпионат мира он отказывается, не хочет наблюдать за моим проигрышем.

— Все так серьезно?

— Да нет. Тренер вообще редко хвалит, а тут я так подставился, конечно, он разозлился. Не бери в голову, это мелочи, — тянется к бардачку, достает оттуда конверт и протягивает мне.

— Что это? — беря в руки конверт с эмблемой знакомого банка.

— Твоя карта, — сообщает спокойно Тимур. Я замечаю, что мы проехали мимо дома. Открываю конверт и достаю карту со своими инициалами.

— Зачем? — не понимаю, для чего мне новая карта, у меня есть своя, куда мне приходит стипендия.

— Я ведь не буду платить своей девушке зарплату, — поясняет очевидное Тимур. — Но деньги на расходы у тебя быть должны.

— Тимур, я заработаю… — пытаюсь вернуть карту, но меня останавливает твердый взгляд.

— Рыбка, ты будешь учиться, а работать пока в нашей семье буду я, — строго. В нашей семье… звучит-то как!

— Ты тоже учишься.

— У меня есть бизнес, Ксюша. На жизнь нам точно хватит, — не терпящим возражения голосом.

С ним не поспоришь. Он все решил. Мне сложно так быстро перестраиваться к другой жизни, когда ответственность за тебя несет другой человек.

— Поедем где-нибудь поедим? — предлагает Тимур.

— Ой! — вскрикиваю я, морща моську. — У нас дома рыба горит!..

Глава 47

Ксюша

Тимур не позволил мне есть пересушенную рыбу, мужественно давился ей сам. Делая при этом вид, что ему вкусно. Вымыл за собой посуду, отодвинув меня от раковины.

Вопрос с банковской картой оставался для меня открытым. Поговорить нам не удалось, мы летели домой спасать рыбу и дом. При первом удобном случае планирую поднять тему денежного содержания. Чувствовала себя неуютно от сложившейся ситуации. Одно дело – получать зарплату, другое – жить за счет парня. Если бы я выполняла хоть какую-то работу и помогала ему в бизнесе, легче было бы смириться.

— Я сегодня с Маратом разговаривал, — заговорил Тимур, когда я поставила перед ним чашку с чаем, вторую – для себя.

— О чем?

— Он настаивает на встрече с твоими родителями, — Тимур спокоен, следит за моей реакцией. А я понять не могу, какая у меня реакция, но я точно не радуюсь такому предложению.

— Зачем? — стоит только представить эту встречу, в висках начинает ломить. Меня вдруг начинает интересовать узор на чайной ложке, я так скрупулезно его рассматриваю, будто собираюсь рисовать по памяти.

— У Марата дочь подрастает, он голову оторвет любому, кто посмеет без его согласия забрать к себе Камилу.

— А ты ему сказал, что не все родители одинаковые? — стараюсь не злиться, но не получается."

"Ничего хорошего из этой встречи не получится.