Мы же договорились – командная работа.

- Ладно-ладно, - сдаётся он, начинает крошить зелень с такой энергией, что я немного за нее опасаюсь. – Главное, чтобы окрошка была вкусная, а не идеально нарезанная.

Хм, кто-то очень голоден!

- Это точно, - смеюсь я, - А ты уверен, что нам хватит этого укропа? Вернее, что от него хоть что-нибудь останется?

- Хватит, - уверенно заявляет Игнат, - кстати, колбасу или курицу?

- Курицу, - решаю я. - Легче и полезнее. Хотя… Немного колбасы мы тоже можем добавить. Чтобы это был уникальный рецепт нашей семьи.

Что я говорю?!

- Как скажешь, - соглашается Игнат, и в его глазах мелькает что-то такое…

Он понял мою мысль.

А в следующий миг его взгляд соскальзывает в вырез моего сарафана. Вещь не совсем новая. И хоть смотрится мило, подрастянулась. Лифчик я решила не надевать.

От проникновенной темы про семью по моей коже побежали мурашки.

Соски призывно встали…

Призывая своим видом Строганова, кого же ещё. Он смотрит и сглатывает.

И дело не в аромате окрошки! Могу поспорить!

- Мм, размешаешь, что получилось? – опускаю глаза.

Игнат щурится и как будто принимает игру. Кивает невозмутимо.

С видом опытного повара бережно перемешивает нарезанные огурцы, редис, зелень, колбасу. Курица доваривается. Квас и минералку мы решили пока не добавлять – добавим по настроению.

Хотя мое настроение сейчас не про еду…"

"А ведь аромат по кухне идет невероятный – свежий, летний, аппетитный. Интересно, Строганов очень голоден?

Чтобы отвлечься, из холодильника достаю сметану – густую, холодную.

- Ну, пробуем? – Игнат подносит ко мне ложку, на которой горкой лежит окрошечная смесь.

Так, Аля! Вернись с небес… на кухню!

- Ммм… вкусно! – говорю я, проглатывая кусочек.

- А это только начало! – говорит Игнат, с хитринкой в глазах. Он набирает на ложку густую сметану.

- Осторожно! - предупреждаю я, но уже поздно.

Игнат подносит ложку ко мне, и сметана, прохладная и густая, касается моей щеки.

- Ох, Игнат! – возмущаюсь я.

Его карие глаза сверкают. Он наклоняется и языком аккуратно снимает капельку с моей щеки.

Дыхание касается моей кожи, и по телу пробегает дрожь. Шутка, легкое кокетство быстро сменяется чем-то...

Чего я хотела.

Во взгляде Строганова больше нет игристого озорства, только притяжение и желание.

Наши губы соприкасаются, его рука осторожно охватывает мою талию. Смех замирает, сменяясь глубоким вдохом. Этот поцелуй – не шутка. Вкус сметаны остался на губах, но он уже ничто по сравнению с его вкусом.

Его губы на моих. Горячие, требовательные.

- Аля… - шепчет его голос, хриплый от желания.

Я отвечаю, забыв обо всем на свете, кроме этого ощущения – его близости, его вкуса, его тепла.

Руки мужчины скользят по моей спине.