Красный кровоподтёк на скуле и щеке, который уже начинает синеть.

— Я его порву! — срываюсь с места.

Но меня тут же ловят шесть женских рук.

Вы чё?! Такое прощать нельзя.

— Не надо, Тарас, — умоляет Роза. — Только хуже сделаешь.

— Да, Боря тоже пытался защитить, — соглашается с ней Елена. — И где он?!

— Тогда поехали в больницу, снимем побои, потом в полицию. Роза, такое нельзя спускать! — не понимаю их логики.

— Она не поможет. Я уже обращалась…

— Значит, поедем туда, где помогут, — достаю из кармана телефон с намерением позвонить брату.

— Нет! — останавливает меня. — Тогда пострадает невинный человек…

— Что за бред? — нервничаю.

— Я тебе всё расскажу, но позже. А сейчас лучше уходи.

Зависаю ещё недолго с надеждой, что она передумает. Пилю взглядом. Но Цветочек качает головой.

Ёб твою мать! Врезаюсь в дверь кулаком на выходе. Женщины подпрыгивают от неожиданности и треска дерева.

Я даже курить не могу, потому что успокаиваться не желаю. Я хочу разнести всё к херам здесь.

Выхожу во двор и набираю Дэна. Вижу, что Роза стоит у окна кухни и наблюдает за мной. Что-то произносит только губами.

«Пожалуйста, не надо…»

— Да, — отвечает брат, и я отворачиваюсь.

— Он её бьёт!

— Кто кого бьёт, Тасс? — не втыкает.

— Ты спишь ещё что ли?! Я говорю, что Волошин систематически избивает свою жену, — почти срываюсь на крик.

— Не ори! Не привлекай внимание, — успокаивает меня.

Его голос звучит бодрее.

— Дэн, ты меня вообще слышишь?! У неё пол лица сплошной синяк. А я ему даже врезать не могу, потому что вы все меня держите за горло.

— Тасс, мы его за это привлечь не сможем. Ты же знаешь наши законы. Муж учит молодую жену уму разуму. Максимум, что ему грозит — штраф. Если покалечил бы…

— Ты охренел! Я его тогда сам пристрелю к ёбаной матери!

— Я же сказал «если», а не «пусть»! И то он отмажется. Нам нужны стопудовые доказательства, которыми можно его придавить, а не бытовуха. Тасс, мы его год разрабатываем, и он, сука, как вьюн, всегда выскальзывает. И если ты сорвёшь операцию, полкан и тебя не пожалеет, не смотря на то, что ты уже не при погонах. Он тебя по-отечески вздрючит. Ты его знаешь. С нашим батей шутки плохи.

— И что мне делать? Спокойно смотреть, как он её мутузит?

— Не выпускай из вида, будь всегда рядом. Исключи все возможные конфликтные ситуации. Я что тебя должен психологии учить? Лучше меня всё знаешь. Это ты был отличником. Ну и покажи ей пару приёмчиков из самообороны, чтобы в ответ могла всечь. Потискаешь заодно, — посмеивается.

— Я тебе сам всеку! Когда увижу.

— Не кипятись. Усмири пыл. После вашего возвращения поменяемся, и я дальше сам поведу.

— Мы никуда не летим. И ещё… Я не буду с тобой меняться. Сам доведу дело до конца, — решительно заявляю брату.

— Тасс, я не понял.