Это правда, от них еще настолько сильно фонит пережитым гоном соединения истинной пары, что кровь волнуется даже у пожилых.

– Я бы с радостью, но не могу. Мне вылетать завтра, и есть только этот вечер пообщаться с братом.

– Жаль… Ты надолго?

– Не знаю определенно, нужно разобраться с делами, но к приему точно вернусь.

Иветта переваривала новость, понимая, что с ней до этого времени мы уже не встретимся.

– Так что с моим приглашением? – преувеличенно бодрым голосом спросила она.

Одним словом – порода! Другая бы уже закатила скандал и выносила мозг, пока не заткнул бы ей рот бриллиантовым ожерельем или доступом к своей безлимитной карточке. Но у Иветты и своих украшений полно, да и карточка такая есть. Все же остановить свой выбор на аристократке и наследнице многомиллионного состояния было правильным решением.

– А его нет, – ответил я.

Выдержал небольшую паузу, но Иветта молчала. Ни возмущения, ни обиды, но даже ее молчание было красноречивым: она ждала объяснений.

– Его нет, потому что ты идешь как моя спутница. И ты сама обратила внимание, что приглашение на прием получили все представители твоей семьи. Я бы хотел на празднике сделать одно объявление.

– Арман, я правильно понимаю… – с волнением спросила Иветта и, судя по звукам, едва не уронила при этом телефон в воду.

– Я бы предварительно хотел познакомить тебя со своей семьей, но поговорим, когда вернусь.

– Арман!

Но я уже сбросил звонок и с улыбкой посмотрел в окно. Все же правильно, что сказал. Теперь она спокойно воспримет мой отъезд и будет терпеливо ожидать возвращения, подбирая свадебное платье. А не мелькать на страницах журналов светской хроники с кавалерами! И пусть половина ее знакомых геи, я против самого факта, что рядом с моей женщиной трутся мужики.

* * *– Мсье. – Дворецкий открыл дверь.

– Привет, Генри! Где все?

– Мадам показывает супруге вашего брата свою коллекцию шляпок, а мсье Филипп в бассейне.

Я подавил усмешку. Все ясно: бабуля предприняла тактический ход, разводя молодоженов в стороны и давая им остыть. В семье все знают, что Филипп терпеть не может разговоры о тряпках. Сразу скучнеет, и появляется нервный зуд. А все благодаря маман, которая любила брать его в детстве с собой на встречи с подругами, чтобы все умилялись, какой у нее прелестный маленький сын.

Сейчас же Филипп однозначно бесится из-за того, что бабуля утащила его пару, и сбрасывает напряжение плаванием.

– Чего-нибудь желаете?

– Спасибо, Генри, но нет.

– Сообщить мадам о вашем приезде?

– Не стоит, не будем ей пока мешать. Я переоденусь и сам к ним зайду.

Поднявшись к себе, сменил костюм на брюки и свежую рубашку. Было искушение задержаться и закончить с документами, но оставил на потом.