А Высочества спали.

Теперь я пытаюсь несанкционированно вырубиться в кресле, а он на диване. Но сегодня суббота и это провальная затея.

- Пап…

- Ребенок, уйди, - сонно.

- Папа!! - смачный шлепок ладошками по голой спине.

- Ррррр…

Поворачивается.

- ДА. Слушаю. ВНИМАТЕЛЬНО.

Его глаза приближаются к ее глазам. Точно таким же. Синим. Ноздри вздрагивают. Глубокий терпеливый вздох. Верхняя губа вздрагивает в попытке клацнуть зубами на Мелкую.

Пф… боялась она… ей в отличие от мамы не прилетает!

Она мечтательно закатывает глазки и:

- Пупи мне такую фтучку, чтобы я похвотала. Там калтинка слазу, - нажимает она пальчиком на воображаемую «штучку». - Давно-давно так я делала… очень давно. Ты был тогда еще маленький.  Да-да!! А еще мне нужен косаматик. У моих подлужек есть касаматики. Много касаматиков...

Со стоном он падает на спину.

- И кавясочку… не такую… длугую… с каёсиками тут и тут, - рисует в воздухе руками. - Чтобы так...  И утюг. Попленький.

Величество переводит на меня страдальческий взгляд.

- Вabe… translate, please…

- Ммм… - потягиваюсь я на кресле. - Высочество хочет поляроид, самокатик, коляску, которую можно раскладывать для куклы и утюжок, который греется.

- Чийчас!! - требовательно повелевает Высочество, наклоняясь над Величеством и заглядывая в его глаза. Синие. Точно такие же.  Сводит строго брови — один в один как он.

- Чийчас же!!

- Я могу отказаться? - смотрит он на меня, аккуратно отодвигая в сторону ее требовательную мордочку.

- Откуда я знаю? Это твоя дочь…

- И твоя.

- Не-не… - закрываю я глаза. - Мои здесь — посох дождя, муж и ноутбук. Дети твои. Разбирайся сам.

- Па-а-ап! Плопыпайся!"

"- Касаматик… - страдальчески повторяет он. - Дети… Отлично...

- И кавясочку!

- Ты счастлив, мужчина? - сложно контролировать издевательские нотки и я не контролирую.

- Врать нельзя? - видимо тоже сложно контролировать сарказм.

- Неа… Ну давай… давай… скажи это!

- Не дождешься. Безусловно и абсолютно. Подъем!

Суровые будни царского семейство (часть 5)

Глава 5 - ЛСДшечки подлить?

На улице дождь, Высочества рисуют, сидя рядышком за столом в столовой. В спальне – никаких красок и пластилина. Там ворсистый белый ковер, светлые обои с облачками и… Короче никаких красок.

Ну и потому, что  именно в столовой, Величество сидит напротив и контролирует процесс.

А я сижу в проходе и пока Величество терпеливый тихонечко разучиваю солячок ""Сансары"" на своем Гибсоне.

- Там диез, детка... - поправляет он, когда не попадаю.

Младшая поднимает глаза, зависая кисточкой над листом.

- Что ты рисуешь?

- Медведя. У моих подлузжек зивет медведь.  У него клыло.

- Что?

- Крыло, - переводит старшее Высочество, не поднимая глаз.

- У медведя? – уточняет Величество.

- Когда я была большая, - добавляет младшее, - у всех быв свой медведь.

- С крылом?

Критически смотрит на отца.